Девушка медленно шла по небольшой аллее, между сентябрьскими липами, которые ещё и не думали облетать, несмотря на то что листья уже стали коричневеть. Пахло замечательно - недавней ночью прошедшим дождём, мокрым асфальтом, влажными листьями и травой. Солнце и впрямь выглянуло наконец-то и мягким теплом легло на плечи.

Хорошо понимала, что надо бы сосредоточиться на деле, чтобы её не застали врасплох, но мысли постоянно сворачивали на другое. Глупый вопрос продолжал преследовать с той секунды, как она вышла из джипа. Нравится ли ей Стрелок? Нравится как человек. Но почему она тогда вообще к нему ничего не чувствует? Ведь она поняла, что он влюблён в неё. Она даже чувствовала его необычные для себя взгляды. Но... Сама в ответ ничего не чувствовала из того, о чём, бывало, рассказывали подруги. Никакого трепета. Никаких вздохов при воспоминании о нём. Может, она и правда бездушная?

Но... Опять-таки... Поведение сестрёнки, пытавшейся флиртовать с Валерием, её здорово задело. И ей нравится, когда он заботится о ней. Может, её собственная влюблённость просто протекает в другой форме? Пожалела же она, что в первую половину дня его не было рядом, ну, когда его заниматься уводили бесконтактники? А это значит, что ей хотелось быть рядом с ним.

Она встала у первого магазина и, слепо глядя в витрину и не понимая, на что смотрит, внезапно улыбнулась: она так смешно пытается рассуждать об этом. А ведь в таком деле быть рациональной нельзя. Интересно, пригласит ли Валерий её на свидание?

Мысленно помотала головой, отделываясь от бесполезных размышлений, и обнаружила, что смотрит на обувную выставку. А чуть дальше - выставка сумок. Суматошно прикинув, давно ли она здесь стоит и не пора ли идти дальше, Юля медленно развернулась и побрела мимо магазина.

До следующего магазина она сумела сосредоточиться на деле, хоть Алексеич и предупреждал её этого не делать. Но, чувствуя свою напряжённую спину, поглядывая на свои пальцы, которые начали ощутимо мелко дрожать, Юля уже не могла не проворачивать в мыслях то, как всё произойдёт и чем всё закончится. Она представляла, как у очередного магазина почует странное впечатление опасности и тут же приведёт в боеготовность своих ментальных защитников - дракона и змея. Как встанет у витрины и тут же заметит в стекле отражение того, кто не должен отразиться. И - как сбежит от сущности, чуть не сверкая пятками, в любой слой, который окажется приемлемым для побега. А потом, как из ниоткуда, появятся бесконтактники...

Она машинально подошла к витрине следующего магазина и с опасением взглянула на стекло. Нет, ничего страшного. Внешне разглядывая какие-то вещи, навешенные на манекены, а на деле разглядывая отражённую улицу и себя, тёмной тенью в середине улицы, девушка легонько вздохнула. Постояла ещё немного и  побрела дальше.

Она прошла дом вместе с несколькими магазинами, прошла дорогу переулка, выждав перед тем, пока перед ней проедет парочка машин. Далее её путь лежал мимо здания, которое было отделено от пешеходной дорожки аккуратным зелёным газоном.

Девушка  ещё удивилась как-то издалека, что газон такой чистый, словно и не падали вокруг кленовые и тополиные листья, то и дело шуршащие по асфальту... Она загляделась на траву, рассеянно улыбаясь её зелени...

Улыбка застыла на губах, с которых постепенно пропадала.

Ботинки упирались в невысокий бордюр газона. И Юля ничего не могла сделать - только смотрела, как стремительно чахнет перед ней трава, как, только что зелёная, она становится бурой, а затем мертвенно серой... И умирает, выгибаясь, мгновенно высохшая до бесполезной трухи.