— Чего ж нельзя! — улыбнулся старик. — Бери, доченька! Вон там внизу, — проговорил он, указывая пальцем на пологий берег, — есть неплохое место. К нему тропинка через камыши ведет, ее сразу и не заметишь. Прямо на берегу вытоптана, есть ямка для ведра и пенек. Сам там посидеть люблю, прикармливают немного, вот и клев хороший. Только червей сама уже копай.

С червями здесь проблем не было. Даже копать не нужно — достаточно поднять старые залежалые бревна и доски, чтобы найти их сколько душе угодно. А черви — мечта рыбака: большие, жирные, как раз по толщине крючка! Я собрала полную банку, взяла у деда удочку, алюминиевое ведро и дождевик, и пошла в указанном направлении.

Тропа отыскалась довольно быстро, и вскоре я сидела на пеньке посреди небольшой, огороженной стеной камыша ниши. Осенний дождь начинал накрапывать, время от времени поднимались легкие порывы ветра.

Подцепив червя на крючок, я закинула удочку и сосредоточила взгляд на красном поплавке. Не прошло и пяти минут, как в моем ведре уже плескались трое жирных карасей! Спустя десять минут у меня был наловлен завтрак для меня, Лаизы и Арры, но останавливаться не хотелось — клев шел как по маслу, и такими темпами я скоро смогу всю группу подкормить, вряд ли кто откажется от свеженькой рыбки!

Вскоре ведро наполнилось почти до краев! Но тот, кто хоть раз по-настоящему рыбачил, знает: это как наркотик. Пока клюет, ты не можешь остановиться, и даже сидишь еще два часа после того, как он закончился, и маниакально смотришь на поплавок.

Еще один карась плюхнулся в мое ведро, и я снова нанизала на крючок червя, забросила удочку… но на этот раз что-то было не так. Крючок упал не на дно, а на какую-то мель. Поплавок горизонтально лег на водяную пленку в нескольких сантиметрах над ним. Интересно, откуда эта отмель? Сколько тут сижу, но еще ни разу ее не замечала. Впрочем, все равно удочку надо перекидывать! Я начала сматывать леску, вот только крючок за что-то зацепился. Я и так его выкручивала, и сяк, но все указывало на то, что крючок рано или поздно оторвется.

И что это такое? Странная какая-то отмель: вроде и огромная, начинается в двух метрах от берега и, расширяясь, идет вперед. Но ведь до этого крючок на нее ни разу не падал…

Вглядываясь в мутную воду, я осматривала отмель, как вдруг в трех метрах от берега замогильным светом загорелись два желтых фонаря глаз, каждый из которых был величиной с мою голову! Отмель стала подниматься, и через мгновение из воды кораблем вынырнуло похожее на рыбу десятиметровое чудовище с кучей толстых щупалец по всему телу, каждое из которых имело зубастую пасть! Мелкая чешуя напоминала неотесанный камень. Длинный хвост заканчивался острым шипом, на котором пенился яд. Но наибольшее впечатление производила ужасная двухметровая пасть с несколькими рядами острых зубов. Вот именно эти зубы спустя мгновение перекусили прочную удочку!

Я быстро отскочила от берега и собралась бежать, но оставлять пойманную рыбку этой твари было как-то не по-славянски. Поэтому я развернулась, схватила ведро телекинетическим импульсом и уже с рыбкой в руках со всех ног побежала подальше от воды. Желание остановиться и отдохнуть возникло лишь в двухстах метрах от берега.

В поселок я возвращалась с невыразимым чувством вины перед дедушкой за его собственность. Да, дед действительно расстроился… и с очень грустным выражением лица выставил мне счет за удочку. Деньги я с собой, к счастью, взяла, поэтому расплатиться смогла. Но вся проблема была в том, что перед отъездом я прошлась по магазинам и посмотрела цены на хорошие ткани. А потом зашла к портному и узнала, в какую сумму мне обойдется пошив платья для Зимнего бала. Судя по тому, что я услышала, мне действительно придется бросить есть, чтобы купить приличную обувь, серьги и украшения в волосы (вопрос колье меня не беспокоило — подаренную Ларгусом подвеску я вообще никогда не снимала, и Зимний бал отнюдь не станет исключением).