– Я сказала Халиду...

– Я понял, – перебил ее де Готье.

Итак, он знал язык. Этот факт расстроил женщину, хотя и означал, что у него будет меньше проблем в доме купца.

– До конца удовлетвори свою страсть, потому что до приезда в Англию тебе не придется общаться с женщинами.

– Возможно, – насмешливая улыбка приоткрыла великолепные белые зубы, сохранившиеся несмотря на тяготы невольничьей жизни па море.

От нахлынувшего беспокойства Сабина с трудом сглотнула ком в горле.

– Не вздумай обмануть меня, Люсьен де Готье, – предупредила она. – Ты настоящий мужчина, и я огорчусь, если ты им перестанешь быть.

Улыбка пленника стала еще шире.

– Я буду очень осторожен.

Глава 2

Музыка стала громче, ее буйный ритм заставлял кровь бурлить в венах. Он, казалось, обволакивал и сжимал в объятиях стройную женщину, страстно двигавшуюся в танце в центре обширной комнаты. Запрокинув лицо и закрыв глаза, она раскинула руки, будто пытаясь схватить и удержать ставшую вдруг осязаемой музыку, целиком растворившись в ней. Женщина поводила плечами, вращала бедрами и прищелкивала пальцами.

Танцовщицы, нанятые для развлечения обитательниц гарема, прекратили танцевать и теперь, стоя вдоль стены, смотрели во все глаза на незнакомку, как-то незаметно присоединившуюся к ним.

Танцовщица, так увлеченная музыкой, очень отличалась от остальных, волосы ее горели ярко каштановым пламенем среди моря иссиня-черных голов. Кожа, от природы белая, загорела, и кое-где па ней выступили веснушки. Хрупкая и изящная, она, тем не менее обладала всем необходимым набором женских прелестей, в том числе полной, упругой грудью и стройным прекрасно сложенным телом. Ее прозрачные зеленые глаза, полные жизни и задора, рассматривали застывшую от удивления публику.

Ритм ускорился, танцовщица упала на пол, от души смеясь и все еще двигаясь в ритме стремительного танца.

Не обращая внимания на булавки, крепящие вуаль, молодая женщина сорвала полупрозрачную ткань с роскошных длинных, доходящих до талии волос и скомкала ее в руках.

Затем, поднимая руки над головой, она начала вращаться на носках босых ног. Танцовщица двигалась все быстрее и быстрее, пока не оказалась в центре вихря из прозрачной ткани, крутящегося вокруг ее ног.

Она вновь засмеялась, затем вскрикнула от восторга, когда музыка достигла апогея. Женщина просто растворилась в ней, полностью отдаваясь звукам.

– Александра, – ясно различимый упрек в прозвучавшем внезапно женском голосе отрезвляюще подействовал на всех. Музыка мгновенно прекратилась, и в это самое мгновение тишину наполнило щебетание встревоженных, удивленных и негодующих женских голосов.

Выведенная из состояния транса, в которое она впала под влиянием танца, девушка повернулась, чтобы лицом к лицу столкнуться с матерью. На лице Сабины читалось явное неудовольствие и неодобрение. Комната все еще вращалась и плясала перед глазами, как будто девушка и не переставала танцевать. Александра рухнула на колени, затем сменила позу и уселась на пятки. Головокружение мешало ей сосредоточиться на матери, которая стояла в дальнем углу комнаты.

Стоя между Сабиной и Халидом, Люсьен мгновенно понял, что попал в беду. Он отчетливо прочувствовал остроту момента и осознал опасность, когда Сабина окликнула необузданно страстную танцовщицу. Мысленно он застонал и проклял свое мужское естество. Один взгляд на молодую женщину, на ее в некотором роде непристойные телодвижения на полу – и он понял, что попался. Несмотря на унаследованные от матери волосы цвета темного меда и огня, мужчина не догадался, что она не обычная танцовщица, и сразу захотел, чтобы девушка стала его любовницей. Но проклятая Сабина, стоявшая рядом с ним, отняла у него надежду.