|
Я покачала головой. – Малик, говорят, что при посвящении вас практически убивают, и если сумеете вернуться, то становитесь «пасынками смерти», если же нет, значит, такой не должен быть некромантом. Он напрягся и враждебно уставился на меня. – Кто предал нас? – В фолианте «Некромикон» об этом написано. – Ты читала «Некромикон»?!! – Ага, который загадочно исчез из библиотеки Академии… Кстати, только сейчас состыковала, сразу после прихода в Академию магистра Фадея. – Alfilants хранят свои тайны, и мы свои… Эта книга не для всех. Так что помалкивай, что читала ее. Ты мне симпатична, и поэтому своим магистрам я ничего не расскажу. – Спасибо… В общем-то, мне не нужны ваши тайны. Мне было тогда пятнадцать, я хотела вернуть свою умершую семью… – Оттуда нет возврата!– резко перебил он меня. – Бело-серая воронка наверху, белый туман вокруг… Ты видел это?– Он мог и не отвечать, его лицо сказало все само. – Ты…ты видела это?.. Тогда одно из двух: либо я первый из людей кому удалось действительно воскресить умершего… либо ты прошла посвящение в «падчерицы смерти»! – Я – «внушитель»! – Да, и от этого мне становится еще страшнее… А меня нелегко напугать… Так подожди секунду… Я прислушалась к ощущениям. – Ты что, проверяешь меня на нежить?! Спятил что ли?!..– моему возмущению не было предела. – Ну, извини! Я уже не знаю что думать! – И что, живая?– съехидничала я. – Живее некуда!.. Но магистрам мне придется доложить. За тысячелетия существования Обители таких случаев не было! – Докладывай,– равнодушно кивнула я, сейчас у меня полно других забот, чтоб еще и о мелочах волноваться. – Поправляйся,– кивнул тот и ушел. Оставшись одна, я постаралась обдумать сложившуюся ситуацию, но ничего стоящего в голову не приходило. Моя семья… Что это было за видении? Призраки?.. Или нечто иное? Они все были одеты в то, в чем их похоронили. Даже вещи: игрушка, брошка, шпага у отца – все было при них, только не было видно серебряной погремушки, так любимой Снежей. Я почти готова поверить, что там, наверху кто-то следит за моей судьбой и ведет меня. За один только миг, что мне дали увидеть вновь свою семью я готова простить и принять любой приговор… даже если мне уготовили действительно стать «падчерицей смерти». Затем, совершенно некстати, вспомнились те мысли, что роились вокруг меня, когда была при смерти. – И какая только фигня со страху в голову не полезет!– сказала я вслух самой себе.– Какая из меня жена? Да и кому нужна жена-ведьма? И мама из меня не ахти какая получится. Сама как несмышленый ребенок, все время во что-то вляпываюсь… Еще дите страдать будет. Нет, это не для меня. Лучше архимагом стану! Директором Академии, например… В рану больно кольнуло, в ушах знакомо зашумело, снова затошнило и перед глазами вновь разлилось темное пятно. – Ну, уж и пошутить нельзя,– сказала я в темноту, жадно хватая ртом воздух.– Выйду я замуж, выйду… На радость бабуле, на удивление остальным. И детей рожу… если встречу достойного мужчину. Боль отпустила и по телу разлилась приятная слабость. Я почувствовала, что начинаю проваливаться в сон. И уже засыпая, согрела себя мыслью, что «если» очень хорошее и разностороннее слово. – Я же вам говорил!..– торжествующе заявил Эрвиан, оглядывая меня.– Тэливилатент, ты проспорил мне двадцать монет. |
