— Я такой голодный… и такой несчастный… — вымолвило синеглазое чудо, снова заставив меня рассмеяться, — с утра ни доброго слова, ни кусочка еды.

В этот момент у шаендарца запиликал комм. Лицо вмиг стало серьезным.

— Слушаю, — он переключился на индивидуальный режим, и я не слышала его собеседника, — непорядки нужно прекращать, задействуйте все силы и доложите о выполнении.

Комм вернулся на прежнее место, а на лице «синеглазки» снова появилась озорная улыбка.

— По работе отвлекают, нашли даже в свободное от нее время. На чем мы остановились? — поинтересовался он.

— А вы кем работаете? — невинно поинтересовалась я.

— В охране, — слукавил шаендарец.

— Что охраняете?

— Небольшое предприятие, — вдохновенно продолжил врать брюнет. Эх, а ведь вполне мог бы мне понравиться!

— А-а-а… — протянула я, собственно, потеряв к беседе интерес.

— Я что-то не то сказал? — сразу напрягся «синеглазка».

— Что вы, — улыбнулась в ответ, — когда бы вы успели.

— Знаете, я не эмпат, но весьма хороший интуит. Обычно, очень хорошо определяю — в каком душевном состоянии находится мой собеседник или собеседница. Особенно, если она такая же очаровательная как вы.

— Сочетание интуиции и такой неприкрытой лести скорее полезны политику, нежели охраннику небольшого предприятия, — парировала я.

— Вы меня раскусили! — расхохотался лорд-префект, — но вы же знаете, как у нас, политиков много тайн? Я просто не имею права об этом говорить.

Последнее предложение он произнес заговорщицким шепотом.

— И поэтому соврали? — ничуть не проникшись, грозно спросила.

— А вы забавнее, чем мне показалось вначале, — снова рассмеялся шаендарец, сжав мою ладонь в руке, — и еще красивее. Это несправедливо! Вы знаете мое имя, а я вашего — нет.

— Аля, — пришлось представиться мне.

— Просто Аля? И все?

— Просто Аля, — кивнула в ответ.

— Аля… Аля… Аля-ля… — задумчиво произносил мужчина, словно пробовал мое имя на вкус, — а знаете, Аля, не смотря на простоту, мне ваше имя очень нравится. Оно мягкое, трогательное и бесконечно нежное, как и его обладательница.

— Скажите, Эрниль тер Куина, — я забрала свою ладонь и подалась вперед.

— Просто Эрниль, с вашего позволения, — перебил шаендарец.

— Хорошо, просто Эрниль, — тут же согласилась с выдвинутым требованием, — скажите, а вы всем женщинам так безбожно льстите?

Я отхлебнула остывший напиток и как ни в чем небывало, потянулась за конфетой. Озадаченное лицо префекта меня безмерно веселило, но он не успел мне ничего ответить, потому что в эту самую минуту снова запиликал его комм.

— Никакого покоя, — покачал головой мужчина и ответил, разумеется, в личном режиме, — да. В кафе. Я уже себя занял… на сегодня, а если повезет, то и на несколько дней.

Он продолжал разговаривать, а я, молча, встала, и отправилась вдоль по аллее. Города не знала, но находиться в кафе с мужчиной, называющим тебя делом на несколько дней, стало откровенно неприятно. Эрниль нагнал меня спустя какое-то время и молча, пошел рядом, подстраиваясь под мой шаг. Так мы и шли: я — медленно, озираясь по сторонам и упорно делая вид, что не замечаю рядом идущего мужчину, и он — тихо, задумчиво, но упорно.