|
Именно в это время года созвездие Льва всходило на восточном горизонте или, как выразились бы астрологи, солнце сливалось со Львом. Несмотря на эти соблазнительные намеки, практически ни один египтолог не согласился с Уилкинсоном, что солнечного льва египтян можно отождествить с нашим созвездием Льва. В отличие от них, я в этом вопросе встаю на сторону Уилкинсона, поскольку убежден, что солнечный лев, упоминающийся во многих древнеегипетских текстах и изображенный на многих астрономических рисунках, есть не что иное, как созвездие Льва. Я также убежден, что это можно доказать.
Источник жизненной силы Египта
Само существование Египта, его сельское хозяйство, природа и жизнь людей зависели от разлива Нила. Если вода в реке не поднимется, случится катастрофа. И действительно, не будет преувеличением сказать, что разлив был источником жизни в Египте и что ничто так не страшило древних египтян, как мысль, что однажды разлива не случится или что вода не поднимется до оптимального уровня, измеряемого на острове Элефанти-на неподалеку от Асуана. Йен Шоу и Пол Николсон объясняют:
"Благополучие сельского хозяйства Египта зависело от ежегодного разлива Нила. Чтобы урожай был богатым, вода должна была подняться на восемь метров относительно нулевой отметки у первого порога возле Асуана. Подъем до уровня семи метров сулил скудный год, а шесть метров означали голод. В Древнем Египте действительно случались голодные годы, о чем свидетельствуют многочисленные источники - как тексты, так и рисунки"[].
На маленьком скалистом островке Сехел к югу от Элефантина находится так называемая "стела голода", надпись на которой рассказывает о страшном семилетнем периоде неурожая, убившем огромное количество людей и домашних животных во времена правления Джосера. Другой длительный период голода случился в эпоху Пятой династии - изображение умирающих от голода людей найдено на стенах прохода пирамиды Уна-са в Саккаре[]. Не подлежит сомнению, что голод стал следствием недостаточного подъема воды в Ниле. Однако слишком сильный разлив тоже грозил бедствиями, потому что бурные потоки воды смывали на своем пути поля и деревни. Одним словом, разлив должен был быть "правильным" - не слишком слабым и не слишком сильным. Для этого недостаточно, чтобы вода у острова Элефантина поднялась до восьмиметрового уровня - небесные знамения должны были указывать на подходящсе время года. Разумеется, этим временем было летнее солнцестояние, когда солнце достигало апогея. Только в том случае, когда выполнялись эти два важных условия, разлив считался правильным. К счастью для египтян, разлив чаще всего проходил должным образом, и все заканчивалось благополучно. Тем не менее страх перед неудачным разливом, несущим разрушение и смерть, никогда не покидал древних египтян. Подобно дамоклову мечу, он висел над самым сердцем острова Элефантина, откуда, как они считали, исходили воды разлива. Естественно, их астрономы-жрецы уделяли особое внимание климатическим условиям и небесным событиям в это важное время года. Они внимательно наблюдали за звездами, особенно на заре, чтобы увидеть, какое созвездие предшествует солнцу. Вне всякого сомнения, астрономы-жрецы Гелиополя с особой тщательностью наблюдали за восходом Ориона и Большой Медведицы в начале сезона разлива, отождествляя этих звездных божеств с Осирисом и Исидой, предвестниками возрождения и обновления. В связи с этим возникает вопрос: следили ли жрецы за тем, с каким созвездием сливается солнце в этот критический период? А если точнее, обратили ли внимание древние звездочеты Египта, что летнее солнцестояние происходит в созвездии Льва? Было бы очень странно, если бы они этого не заметили. Утверждение Уилкинсона, что египтяне знали созвездие Льва как лежащего льва, следует соотнести с фактом, что, в представлении жрецов солнца из Гелиополя, более примитивный Хорахти слился с богом солнца Ра и превратился в Ра-Хорахти. |
