— Нет, но ты ведь знаешь, как там все устроено, не так ли?

Тристан с мольбой посмотрел на Джордже, который только плечами пожал.

— А не проще ли спасти Бьянку, отозвав назад свое обвинение? — ледяным тоном спросил Криспин, хотя щеки его вдруг залились румянцем. — Или ты слишком горд и упрям, чтобы признать свою ошибку?

— Брось, Криспин. Я не обвинял Бьянку. Каким же чудовищем ты меня считаешь! — с сожалением покачал головой Йен.

Криспин раскрыл рот от неожиданности, но не успел ответить. Вместо него это сделал Себастьян:

— Даже если ты не обвинял Бьянку, ты по-прежнему считаешь ее виновной.

— Считал, — поправил его Йен. — Так было до недавнего времени, но теперь я изменил свое мнение.

— А откуда нам знать, что ты снова не изменишь его через какое-то время? — вызывающе откликнулся Майлз.

— Ее невиновность несомненна. И у меня есть доказательство.

— Доказательство?

— Да, — кивнул Йен. — Недостаточное для суда, но для меня достаточное. Вот почему мы должны не мешкая вызволить ее из темницы. Нельзя терять времени.

Теперь Джорджо с мольбой взглянул на Тристана, но тот лишь вздохнул, обернулся к Йену и сказал:

— Это не подлежит ни малейшему сомнению.

— Скажи честно: это правда невозможно? Или ты хочешь досадить мне?

— Вне зависимости от того, какие чувства ты у меня вызываешь, я готов на все, чтобы спасти безвинно осужденную на смерть женщину, — заявил Тристан. — Если бы я считал, что у нас есть хоть малейший шанс взять приступом тюрьму, я уже давно попытался бы это сделать.

— Тогда следует найти способ отвести обвинение, — поморщился Йен. — И если мой дедуктивный метод верен, то единственный выход — найти настоящего убийцу.

Гнетущее молчание повисло в комнате, и Майлз снова вернулся к своей теории, высказанной раньше:

— Ты не знаешь, кто мог бы выкрасть этот кинжал?

— Знаю. Джорджо нашел этого человека. Но это нам не поможет. Он украл его по заказу брата Бьянки.

— Нет, это невозможно! — Теория Майлза разбилась в одночасье.

— Не знаю, вправе ли я выступить, но не кажется ли вам, что Джованни Сальва может быть убийцей? — вмешался Джорджо, оглядев собравшихся.

— Это был не Джованни. Это не мог быть он. — Йен вскочил и стал шагать взад и вперед по комнате. — Тот, кто убил Изабеллу, убил и Энцо, ее слугу, — продолжал он в ответ на вопросительные взгляды братьев. — Джованни не мог этого сделать просто потому, что его не было в Венеции в это время. Мне подтвердил это наш агент в Триесте.

В другой ситуации они забросали бы его вопросами, чтобы утвердиться в его заключении насчет Джованни, но сейчас времени на это не было. Когда Майлз заговорил, его голос дрожал от волнения и бессилия помочь женщине в несчастье:

— Тогда мы должны начать сначала и исходить из личности предполагаемого жениха Изабеллы из высшего общества, ограничившись знанием, что этот человек враг Йена и друг Джованни Сальвы.

Остальные согласно покивали, размышляя над тем, сильно ли это обстоятельство сузит границы поиска.

— Тогда нам предстоит проверить не три сотни человек, а всего сотню, — сказал Криспин.

— Стоп! У нас не сотня подозреваемых, а всего четверо, — заявил Йен, досадуя на себя за то, что это не пришло ему в голову раньше.

— Кто они? — спросил Майлз за всех.