На четвертом уровне, куда они и направлялись, ПВДшники устроили настоящий укрепрайон из контейнеров, сетей и откуда-то свинченных пластин из фибростали. Судя по расположению огневых точек и турелей, эта «крепость» должна была оборонять выход из шахты, однако большинство персонала сгрудилось напротив одного из боковых выходов, оставив саму шахту практически без внимания.

— Даже лёгкий вихревик есть, — пробормотала Таэр, разглядывая импровизированные укрепления ПВДшников вокруг выхода из шахты. — При этом в полных доспехах всего двое, и оба не за турелями. И они собирались держаться против имперского десанта. На что рассчитывали…

— Таэр, — голос Дудо неожиданно раздался в её ушах. — Ребята вскрыли систему. Контроль за шлюзами и дверьми получен, есть частичный контроль за системой биозащиты. Данные с визуальной системы станции транслируем на наш информационный канал, проводим первичную фильтрацию получаемых изображений.

— Отлично, — ответила она. — Закольцуй им всю систему безопасности. Я не хочу, чтоб кто-либо знал, где мы находимся.

— Уже сделано, — отозвался «копьё».

— Тогда ждём, пока группа Кодма займёт свою позицию, и начинаем. По моей команде выключите свет во всех внутренних помещениях. Я смотрю, тут многие без шлемов и масок…

Она махнула рукой, и бойцы выдвинулись к шахте. Лучи прицельных линий и синие конусы обзора замелькали вдоль этажей, беря под прицел возможные направления угрозы.

— Напоминаю, — произнесла Таэр, включив общую связь. — До тех пор пока лорд Кассард не будет локализован, боевое оружие применять только в самых крайних случаях.

Она развернула тактическую карту, смотря, как продвигается группа карпацианцев, им было ещё довольно далеко. Прошло почти две минуты, прежде чем Кодм появился на связи.

— Мы на месте, — доложил он. — Шлюз заблокирован с внешней стороны, поэтому мы нанесли взрыв-пасту. Готовы действовать по вашему приказу.

— Начинаем, — скомандовала она, и как только погас свет, разрядила вверх площадной парализатор, больше известный как «плюха».

Ярко-синяя шаровая молния хлёстким звуком вырвалась из ствола и лопнула под потолком четвёртого уровня. Одновременно с этим передовая четвёрка бойцов, басовито загудев, взмыла вверх. Над их головами запульсировали красные кресты, дорисованные системой сопряжения, предупреждая, что они сейчас пересекут её линию огня.

Опустив ствол, Таэр подпрыгнула вверх, включившиеся генераторы тяги подхватили её в высшей точке траектории, превращая прыжок в полёт. Бледные цвета ночного режима вдруг засияли яркими красками: высоко над головой, озарив всё бледным светом, сверкнула синяя струя плазмы, мазнув по одному из штурмовиков. Вспыхнуло зеркальное марево щита, и луч, соскочив с цели, ударил в противоположный край лифтовой шахты, оставив после себя светящийся жаром оплавленный шрам и снопы искр. Крохотные капельки расплавленного металла светящимся дождём полетели вниз, навстречу поднимающейся Таэр.

«Похоже, кто-то из бандитов не только избежал парализации, но и успел среагировать», — решила она, машинально прижимаясь к стенке шахты, чтобы оказаться на самом краю предполагаемой линии огня.

Но битвы не получилось; когда Таэр поднялась, штурмовики как раз заканчивали разбираться со стрелявшим. Напарник получившего плазменный удар штурмовика быстро полетел вперёд, прямо на стрелявшего, закрывая товарища с ослабленным щитом собой. ПВДшник, в лёгком, но полностью закрывавшем тело доспехе, успел выстрелить ещё раз, озарив зал причудливыми переливами света, отразившегося от зеркальной ряби щита. Но сделать третий выстрел ему не дали. Игнитор в его руках жалобно заскрипел, сминаемый под бронеперчаткой штурмовика, искорёженное и уже бесполезное оружие вырвали из рук.