|
Потому что оно четко показывает, что после работы такой комиссии и тем более ее выводов, Сталин ни при каких обстоятельствах не стал бы готовить и тем более рассылать на места указание о якобы возможности дальнейшего применения методов физического воздействия. Ведь ничего подобного не имело место быть в 1937 г., никто никогда не давал Ежову и НКВД санкцию на применение таких методов, и уж особенно никто не давал санкцию на продление срока применения таких методов в январе 1939 г. Кроме того. Следует иметь в виду, что уже только сам факт работы такой комиссии, не говоря уже о ее выводах, самым положительным образом характеризует и Сталина, и Берия. Потому что и тот и другой решили до конца разобраться с ежовским «наследством» и осудить его.
9.2. Другая, более сокрытая стратегическая цель этой фальшивки заключалась в том, чтобы задним числом опорочить Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 г. «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия», в котором резкой и обоснованной критике были подвергнуты именно незаконные методы ведения следствия. Ведь после этого не только окончательно и резко был положен конец ежовскому беззаконию, но и значительно был усилен контроль за соблюдением законности в стране, а масштабы репрессий и арестов снизились в десятки раз, сойдя до малозаметного минимума. Кроме того, была произведена массовая (сотен тысяч!) реабилитация незаконно арестованных и осужденных, из-за чего новый Генеральный прокурор СССР М. Панкратов даже дважды писал доносы на Берия — что-де он отпускает на свободу «врагов народа»!? Дважды специальная партийно-правительственная комиссия проверяла деятельность НКВД и дважды же подтвердила полную законность действий Берия и органов госбезопасности по восстановлению законности в стране! 9.3. Еще одна стратегическая цель этой фальшивки состоит в том, чтобы выставить партийных секретарей — этих подлых мерзавцев, подонков и губителей народа и державы — этакими невинными агнцами божьими. Потому как Хрущев прекрасно знал, что именно они, эти проклятые партийные твари на местах, являлись подлинными инициаторами массовых репрессий и провоцирования органов НКВД на применение физического насилия. Сам же был среди главных инициаторов. Это прекрасно и, самое главное, документально доказал блестящий современный ученый-историк, доктор исторических наук, профессор Ю.Н. Жуков — автор книги «Иной Сталин». Именно с этим обстоятельством — стремлением выставить партийных секретарей невинными агнцами божьими — и связано то обстоятельство, что в начале текста анализируемого «документика» в качестве поборников законности выставлены именно они, партийные секретаришки. Более того. Именно с этим же связано и то, что фальсификаторы перемудрили и с природой происхождения состряпанной ими фальшивки. Они выставили ее как результат жалоб партийных секретаришек, в то время как в действительности — уже если стряпать фальшивку, то нужно делать все, как полагается в реальности, — необходимо было состряпать инициирующий продлевающую применение методов физического воздействия санкцию документ НКВД СССР за подписью самого Лаврентия Павловича Берия, адресованный в ЦК. Но то ли действительно там собралось стадо отпетых баранов с куриными мозгами, то ли попросту побоялись столь уж грубо фальшивить — бес знает этих партийных сволочей, — но, слава богу, они до этого не додумались. 9.4. И, наконец, преследовалась еще и такая стратегическая цель. Та идиотская внешне ссылка на якобы имевшую место в 1937 г. санкцию ЦК на применение методов физического воздействия, что фигурирует в тексте анализируемого «документика», позволяла одним махом полностью дезавуировать все показания фигурантов основных дел о деятельности не столько даже антисталинской, сколько антисоветской, антигосударственной по любым меркам деятельности оппозиции. |
