Миф № 19. Берия незаконно репрессировал руководящих партийных работников Украины П.П. Постышева, С. Косиора, Чубаря, а следователь Родос по приказу Берия садистски истязал Косиора и Чубаря, дабы вырвать от них признательные показания, на основании которых они затем были расстреляны

Как и подавляющее большинство мифов о Сталине и Берия, и эти тоже были запущены на пропагандистскую орбиту Н. Хрущевым. В своем подлом докладе XX съезду — шабашу недобитых троцкистов — он представил их, в частности того же Постышева, как смело выступившего против якобы провозглашенного Сталиным на февральско-мартовском 1937 г. Пленуме ЦК ВКП(б) курса на массовые репрессии. За что, мол, и был репрессирован. Никитка четырежды соврал. Во-первых, Сталин на этом пленуме не призывал к «массовому террору». Напротив, как установил в наши дни блестящий историк, доктор исторических наук, профессор Ю.Н. Жуков, он выдвинул серьезные аргументы против такой политики!

Небольшой комментарий.

Кстати говоря, не призывал Сталин в своем выступлении и к преследованию (в соответствии с уголовным законодательством) троцкистов, хотя и жестко охарактеризовал их вредоносную деятельность. Вместо призывов к преследованию троцкистов Сталин выдвинул идею об учреждении специальных идеологических курсов для всех партийных работников. Проще говоря, отчетливо видя низкий уровень политического сознания большинства партийных работников и членов партии, Сталин предложил бороться с троцкизмом за счет повышения идеологической квалификации в первую очередь партийных работников.

Во-вторых, ничего подобного тому, что утверждал Хрущев, в докладе Постышева не было. Когда его доклад был опубликован в начале 90-х гг. прошлого века, исследователи сразу же сравнили его с докладом Хрущева, и выявился прямой подлог Никитки. Подлог был настолько очевиден, что его заметили даже за океаном, где на него обратил внимание американский историк Арчи Гетти.

В-третьих, Постышев был одним из самых жестоких партийных секретарей, который огульно репрессировал всех подряд. «На январском Пленуме 38-го года основной доклад сделал Маленков. Он говорил, что первые секретари подмахивают даже не списки осужденных «тройками», а всего лишь две строчки с указанием их численности. Открыто бросил обвинение первому секретарю Куйбышевского обкома партии П.П. Постышеву: вы пересажали весь партийный и советский аппарат области! На что Постышев отвечал в том духе, что арестовывал, арестовываю и буду арестовывать, пока не уничтожу всех врагов и шпионов! Но он оказался в опасном одиночестве: через два часа после этой полемики его демонстративно вывели из кандидатов в члены Политбюро и никто из участников Пленума на его защиту не встал».

В-четвертых, практически сразу же после упомянутого выше январского пленума Постышев был арестован. То есть арест произошел во времена, когда НКВД возглавлял Ежов. Соответственно, какое отношение к его аресту мог иметь Лаврентий Павлович, который появился наЛубянке лишь с 22 августа 1938 г., а к конкретному исполнению своих обязанностей первого заместителя наркома внутренних дел СССР приступил и вовсе в начале сентября 1938 г.?!

Никитка хмошеннически обыграл здесь один малоизвестный факт. Дело в том, что, согласно стенограмме январского 1938 года Пленума ЦК ВКП(б), в работе которого Лаврентий Павлович участвовал как первый секретарь ЦК КП Грузии, после выступления Постышева состоялось краткое обсуждение его доклада, в котором приняли участие Микоян, Булганин, Молотов, Каганович, Сталин и Берия. И все задавали Постышеву фактически один и тот же вопрос: «Неужели все члены партийного и советского руководства Куйбышевской области оказались врагами народа?» На что Постышев нахально, скорее даже нагло и самоуверенно, отвечал, что да, все там враги, только он один хороший и честный.