Он взглянул на храм с тоскливой озабоченностью, словно сомневался, что ему позволительно войти внутрь. Однако же решился, и мы с Вячеславом последовали за ним.

— А генерал-то наш шалун, раз уж грехи перед покровителями домашнего очага замаливает, — вполголоса сказал я.

Осип Николаевич молился со старанием, свидетельствовавшим о том, что с соблюдением святости семейных уз у него случилась серьезная неурядица. Косынкин ничего не ответил, кажется, озаботившись прощением каких-то собственных прегрешений. Я покинул церковь первым, и добрую четверть часа любовался барочным «восьмериком на четверике», как вдруг случилась совершенно неожиданная встреча.

— Bonjour, Comte, — услышал я знакомый голос.

Я обернулся и увидел карету, в окно которой выглядывала графиня де ла Тровайола.

— Сандра! — удивился я, про себя воскликнув: «Heus- Deus, ты решил мне припомнить, что и я не без греха!»

— Невероятная встреча, — сказала графиня де ла Тровайола. — Куда направляешься?

— В Москву, — ответил я и поспешил уточнить: — в армию.

— Ну а я подальше от театра военных действий. Что ж, прости, я очень спешу. Буду молиться за тебя. Надеюсь, когда все кончится и мы будем пребывать в добром здравии, еще увидимся.

Графиня похлопала рукою по дверце, возничий щелкнул кнутом, и карета покатила вперед. Вскоре она затерялась среди других экипажей, телег и подвод. А я все всматривался вдаль, словно надеялся на какой-то знак, — может, мелькнет ее рука с платочком? Бог весть, зачем мне было это нужно! И слава богу, что я путешествовал без Жаклин — эта встреча надолго испортила бы ей настроение.

— Что там? — Голос Вячеслава пробудил меня.

— Ничего, — ответил я.

— Ты так смотрел… — обронил он, вглядываясь вдаль.

Мы вернулись к наплавному мосту. Десяток барок, стоявших на якорях, перекрывали всю ширину Волги. Мы переправились на другую сторону и через минуту были в путевом дворце.

* * *

Его высочество принц Георг Ольденбургский принял меня в кабинете.

— Я имею разрешение… вернее сказать, поручение от государя, — поведал я, — сформировать небольшую группу отчаянных смельчаков, чтобы убить Бонапарта. Мы подготовим базу в Теплом Стане, это небольшое село к юго-за- паду от Москвы.

— Ваша миссия сопряжена с крайней опасностью для жизни, — невесело промолвил принц Ольденбургский.

— Что делать, ваше высочество, — ответил я. — Почту за честь, если сумею совершить ее. В наши дни о собственной жизни не приходится думать…

— Мне сказали, что у вас есть какое-то приватное поручение ко мне от императрицы-матери, — напомнил принц Георг.

— Да, ваше высочество. — Я сделал небольшую паузу, чтобы подчеркнуть деликатность вопроса. — Ее величество обеспокоена некоторыми слухами…

— Слухами? — переспросил принц.

— Только слухи, — подтвердил я. — Злые языки распускают их. Но в свете положения ее высочества Екатерины Павловны…

— Катеньки? — переспросил он.

— Да. Словом, глупая история. Кто-то якобы видел вас в карете с неизвестной дамой…

— Ах вот оно что! — воскликнул принц. — И что? Что сказала императрица?

— Она снисходительна по этому поводу, — ответил я.