Книги→ Фантастика → Ал Коруд → 1991 →страница 42

Изменить размер шрифта - +
Его основу составляли чекисты с довоенным и военным стажем, работавшие на важнейших направлениях в центре'. Именно эти люди на самом деле руководили КГБ, а не его председатели. Они снимали и назначали глав. Например, Александра Шелепина убрали с Лубянки за то, что был виновен в смерти авторитета среди «глубинников» Александра Короткова. В 1967 году «глубинники» помогли Брежневу разгромить «группу Шелепина». За это генсек продвинул в КГБ Юрия Андропова.

Все годы в СССР между партаппаратом и чекистами шла борьба за власть в стране. В итоге выиграли чекисты, которым помог Андропов. Он вышел на связь с «глубинниками» КГБ через Николая Гусева. Они сошлись, когда Андропов был вторым секретарем ЦК КП Карело-Финской ССР, а Гусев возглавлял местный КГБ. В 1951-м Андропов перебрался в Москву, а Гусев в 1960-е работал в Китае под началом «глубинника» Питовранова. Постепенно их желания сблизились.

«Глубинников» больше всего интересовали две страны социалистического содружества: ГДР и Польша. Первая была стратегическим плацдармом для заброски агентов на Запад и линией взаимодействия с кланом Рокфеллеров. А вторая — место для отработки внутренних проблем, поскольку советская и польская элиты были похожи, а также линия для взаимодействия с кланом Ротшильдов. Важнейшее 9-е управление возглавил «глубинник» Сергей Антонов, отдел дезинформации отдали в руки «глубинника» Николая Косова. Знакомый Андропова по Карелии Гусев возглавил «кузницу кадров», а потом отдел диверсий. Питовранову, который не был человеком Андропова, отошла финансовая разведка — «Фирма». Именно через нее уходило золото и валюта на Запад.

 

Когда был создан так называемый «Римский клуб», через который шло идеологическое воздействие на светскую элиту, и началась подготовка к «разрядке», партаппарат и чекисты работали сообща, но недолго. В 1969 году один из создателей и руководителей «Римского клуба» Аурелио Печчеи писал, что Советский Союз «должен открыть для западной инициативы свои рынки». Этот процесс получил название конвергенции. Ее суть — в процессах, при которых высшие советские круги шли на сближение с Западом, пытаясь балансировать между различными тамошними кланами и играя на противоречиях между ними. В эту игру отлично вписался советский премьер Косыгин, поначалу много занимавшийся внешней политикой. Одним из видимых итогов стало строительство огромного автозавода в Тольятти.

По мере нарастания проблем в СССР цели «партийцев» и чекистов-«глубинников» стали расходиться'. Если партийцы сопротивлялись откровенной вестернизации, то «глубинники» ее одобряли. Внешние разведчики повидали мир и к 1970-м пришли к выводу, что советскую систему надо менять. Так, при Андропове возникло антидиссидентское 5-е управление. Но его создал не он, а «глубинники», чтобы устанавливать через диссидентов связи с Западом. Сначала партийцы пытались подмять «пятку» под себя, поставив туда Александра Кадашева, но уже через два года управление возглавил Филипп Бобков. Через него вербовались диссиденты.

Но слухи о тотальном контроле над богемой и научной интеллигенцией был преувеличены. Они создавались нарочно. Например, о Владимире Высоцком долго говорили, как об актере, преследуемом КГБ. «Преследовали», конечно, имея в виду заполучить его для выступлений перед чекистами. Высоцкого в управлении очень любили, а в Московском он выступал с концертами по нескольку раз в год. Пел что хотел, спокойно выезжал за границу. Но ореол «диссидента» помогал ему создавать образ. Высланы из страны из деятелей нашей культуры был только один А. И. Солженицын. Все уезжали сами, в том числе Галич, Ростропович, Любимов. Наша богема бежала стучать сама. Так зачем было прессовать достойных людей?

 

Брежнев поставил Андропова на пост главы КГБ за помощь в разгроме «шелепинцев», но приставил к нему своих людей.

Быстрый переход