– Ерунда!

Голубые глаза лучились уверенностью и спокойствием: блондинка нисколько не сомневалась в своей власти над Дженнингсом.

– Пожалуй, я ошиблась… Неудивительно, правда? Разве глупая стриптизерша разберется в чувствах такого умника, как ты?

Шерил стала щелкать пультом и в конце концов остановилась на "Телешопе".

Уилл вновь повернулся к окну, но вместо торгового корабля видел отражение спальни. Пришлось всмотреться повнимательнее. Девушка сняла бюстгальтер! Зачем оборачиваться: обзор прекрасный! Откинувшись на подушки, Шерил нежно ласкала грудь. Нельзя поддаваться, нужно наблюдать за кораблем… однако сосредоточиться не получалось. Абсурд какой-то, эта женщина участвовала в похищении Эбби, а теперь пытается соблазнить его, будто они только что в казино встретились…

Глухо застонав, блондинка подняла глаза на свое отражение. Невозможно на нее не смотреть!

– Зачем ты это делаешь?

– Чтобы показать: ты ничем не отличаешься от остальных, и это нормально.

– Надень бюстгальтер!

Опытные пальцы не переставая ласкали нежные белые полушария.

– Говоришь, а сам глаз отвести не можешь!

– Надень его, Шерил.

– Красивая грудь, правда?

Уилл наконец-то повернулся к кровати.

– Для любителей имплантатов, возможно.

– Ну конечно же, имплантаты, зато отличные! Не дрянь, которую в местных клиниках вставляют. Когда я танцевала в Метейри, Джои отправил меня в Лос-Анджелес. Я оперировалась у того же доктора, что Деми Мур, и он сказал: моя грудь получилась ничуть не хуже. – Девушка накрыла соски ладонями. – Ничуть не хуже…

Округлая, ровная грудь казалась воплощением мужских фантазий, но, пожалуй, слишком идеальной. За профессиональную карьеру Уилл видел столько молочных желез, что, как говорится, наелся досыта; надувные игрушки Шерил не имели с естественным женским бюстом ничего общего.

– Прикройся! – попросил Дженнингс.

– Уверен, что хочешь этого?

– Вообще-то мне все равно. – Он демонстративно отвернулся к окну.

– Уилл, ну почему бы хоть раз в жизни не принять правду без прикрас?

Шерил уже не впервые называла его по имени, и доктору это очень не нравилось.

– О чем ты?

– Во время презентации ты перехватил мой взгляд и с той минуты мечтаешь затащить в койку.

– Чепуха!

– Ты будто под микроскопом меня изучал, даже трусиками полюбовался, когда я ноги развела.

– В такой позе их и слепой бы увидел!

– Но ты заинтересовался, и гораздо больше, чем своей презентацией. Так что, думаю, дело не в маленькой принцессе: мы все равно оказались бы в одном номере.

– Чепуха! – повторил Дженнингс, уязвленный безошибочностью ее интуиции.

– Неужели?

– Да!

– В твоих глазах я увидела то, что сотни раз замечала у других более чем приличных парней. Так что твои желания для меня не загадка: ты уже несколько лет мечтаешь переспать с девушкой вроде меня. Жену любишь и ни на кого на свете ее не променяешь. Но в плане секса она ноль, абсолютный ноль. Понятия не имеет, что тебе нужно, когда и как часто. Вить гнездышко, чистить перышки, высиживать птенцов – это для нее. Ты помогаешь ей, червяков приносишь, а сам жутко стосковался по охоте.

– Где ты это вычитала? В "Космо"?

– Не помню.

Дженнингс снова повернулся к кровати: Шерил будто возникла из эротических грез пятнадцатилетнего подростка!

– Ничего не будет! Тебе ведь и самой не хочется, правда? Ни сексом заниматься, ни "расслабляющий массаж" делать.