Генерал Блохин записывал фамилии отравленных в тетрадку, которую потом сжег. Но сохранились полторы сотни протоколов об испытаниях ядов на живых людях…

Работа шла на первом этаже здания НКВД в Варсонофьевском переулке или в подвале. Допуск в лабораторию из оперативного состава имели только генерал-лейтенант Судоплатов и его помощник. Иногда Судоплатов сам просил испытать тот или иной яд. Сотрудникам лаборатории объясняли, что смертельные препараты необходимы для операций за кордоном. Но яды были востребованы и дома.

Кроме того, испытывали на арестованных различные наркотические вещества для получения правдивых показаний – искали сыворотку правды.

В 1953 году, уже после ареста Берии, полковник медицинской службы и орденоносец Майрановский показал на допросе, что по заданию генерала Судоплатова участвовал в убийстве неизвестных ему людей на конспиративных квартирах в Москве. Яд подмешивали к пище или выпивке. Если не действовал, делали укол. Майрановский с гордостью писал: «Моей рукой был уничтожен не один десяток заклятых врагов Советской власти».

Через несколько лет председатель КГБ Владимир Семичастный и генеральный прокурор СССР роман Руденко констатировали:

«Майрановский испытывал на живых людях сильнодействующие яды, предназначенные для проведения тайных убийств. Бесчеловечные опыты он с ведома Берия и Меркулова проводил на заключенных, а также на лицах, специально похищавшихся для этой цели на улице. Было умерщвлено не менее 150 человек, многие из которых, как теперь установлено, были репрессированы и погибли невинно».

Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Судоплатова к пятнадцати годам, отметив, что он совершил «тяжкие преступления против человечности». Особо оговорив его роль в опытах над людьми:

«Специальная лаборатория, созданная для производства опытов по проверке действия яда на живом человеке, работала под наблюдением Судоплатова и его заместителя Эйтингона, которые от работников лаборатории требовали ядов, только проверенных на людях. После ликвидации спецлаборатории ее работники по поручению Судоплатова испытание нового препарата с ядом несколько раз производили на живых людях».

После суда, осенью 1958 года, Пава Анатольевича неожиданно привели в кабинет председателя КГБ Ивана Александровича Серова. Тот сказал:

– Вас отправят во Владимирскую тюрьму. Если вы вспомните там о каких-нибудь подозрительных действиях или преступных приказах Молотова и Маленкова, сообщите мне.

К тому времени все противники Хрущева были выброшены из политики. Они находились под наблюдением местных органов КГБ. Но слова Серова означали, что снятием с должности дело не ограничится.

Судоплатов отсидел десять лет и в 1968 году вышел на свободу. В годы перестройки появились его мемуарные книги. Главная военная прокуратура Российской Федерации его реабилитировала, несмотря на протесты правозащитников.

Владимир Георгиевич Деканозов родился в июне 1998 года в Баку в семье контролера нефтяного управления. Он был достаточно образованным человеком – окончил тифлисскую гимназию, два года учился на медицинском факультете Саратовского, затем Бакинского университетов.

Летом 1921 года Деканозова назначили уполномоченным отдела по борьбе с бандитизмом Азербайджанской ЧК, потом заместителем начальника экономического отдела. Там он и познакомился с Берией. В декабре 1922 года Деканозов стал начальником секретно-оперативной части Грузинской и Закавказской ЧК. Благодаря Берии он быстро делал карьеру и в 1931 году уже был начальником экономического отдела полномочного представительства ОГПУ по Закавказской Федерации и одновременно начальником отдела ГПУ Закавказья.

В конце 1932 года Берия сделал его секретарем ЦК компартии Грузии по транспорту, затем наркомом пищевой промышленности Грузии и, наконец, председателем республиканского Госплана.