И таким образом Джеральд Хаскинс посетил Мултавию снова, на этот раз в сопровождении руководителя проекта, троих экономистов и одиннадцати инженеров. Джеральд был удостоен частной аудиенции, в ходе которой он заверил монарха, что работы будут выполнены в срок и в рамках предложенной сметы. Он также выразил истинное удовольствие от своего второго визита в его страну. Однако, вернувшись в Англию, он рассказал жене, что в Мултавии по-прежнему не существует ничего, даже отдаленного напоминающего развлечения, — ни днем ни ночью.

Через несколько лет, после ряда бурных дискуссий по поводу роста цен на строительные материалы, Теске получила одну из самых совершенных канализационных систем в Центральной Европе. Король был в восхищении, хотя и продолжал высказывать свое недовольство тем, что «Хаскинс и К°» превысила изначальную смету. Пришлось несколько раз растолковывать монарху смысл сметной статьи «Непредвиденные расходы»; Альфонс IV, разумеется, превосходно понимал, что эти дополнительные двести сорок тысяч фунтов стерлингов ему придется не только «объяснять» на Востоке, но и «занимать» на Западе. После целого ряда завуалированных угроз и адвокатских посланий, содержавших формулировки типа «сохраняя за собой право», «Хаскинс и К°» получила всю причитающуюся ей сумму — но не раньше, чем король смог добиться у правительства Великобритании очередной субсидии, причем платеж был осуществлен через лондонское отделение «Мидленд Банка» (по адресу Слоун-стрит), которое перевело соответствующую сумму своему филиалу в Халле (по адресу Хай-стрит), чтобы деньги никоим образом не попали в Мултавию. Джеральд объяснил жене, что зарубежная помощь сейчас распределяется именно таким путем.

На этом история Джеральда Хаскинса и канализационной системы в Теске могла бы и закончиться, если бы министр иностранных дел Великобритании не решил посетить Мултавию с официальным визитом.

Изначально целью европейской поездки министра было ознакомление с ситуацией в Варшаве и Праге и, в частности, с тем, как реализуются в этих странах идеи перестройки и гласности. Но когда сотрудники Министерства иностранных дел, обнаружив, сколь значительные суммы Великобритания предоставила Мултавии в качестве экономической помощи, разъяснили министру ее роль как буферного государства, тот решил принять давнее приглашение короля Альфонса и посетить это карликовое королевство. Обычно такие вылазки британских министров в малые страны осуществляются в манере Генри Киссинджера (которую впоследствии взял за образец и товарищ Горбачев), то есть визит ограничивается беседой в аэропорту, в салоне для особо важных персон. Однако в данном случае Мултавии был уделен целый день.

Поскольку со времен медового месяца четы Хаскинсов в гостиничном деле Мултавии был достигнут лишь относительный прогресс, министр получил приглашение остановиться в королевском дворце. Альфонс IV обратился к нему с просьбой принять участие лишь в двух официальных мероприятиях — церемонии ввода в действие столичной канализационной системы и торжественном банкете.

После того как министр иностранных дел одобрил такую повестку дня, король пригласил Джеральда с супругой также принять участие в церемонии (расходы на поездку — за их счет). На открытии министр произнес речь соответствующего содержания: поблагодарил Джеральда Хаскинса за превосходную работу в лучших традициях британской инженерной практики, воздал должное лидерам Мултавии за то, что здравый смысл подсказал им пригласить для реализации проекта именно британскую фирму.