Партия

В летнем кафе было немноголюдно. За одним из столиков сидела женщина и, улыбаясь, смотрела, как ее дочка ест мороженое, за другим уплетали борщ двое парней в белых рубашках, застегнутых на последнюю пуговицу.

— Раньше обед был, а сейчас бизнес… Этот, как его? Бизнес-ланч, что ли… Раньше рабочие были, а сейчас все менеджерами стали. Куда ни плюнь — в менеджера попадешь, — недовольно пробурчал старик, приближаясь к столику, за которым его уже ждали.

— Жизнь течет, меняется… С ней вместе меняются и люди, и названия, что тут такого, Федор Михайлович? — Смерть отодвинула солонку на край стола и смахнула с него несколько крошек.

Старик положил на стол шахматную доску и, крякнув от боли в ногах, опустился на стул.

— А вы чего так рано сегодня, мадам?

— Соскучилась, — улыбнулась Смерть, — давайте уже расставлять. Отыграться хочется, сил нет.

— Да куда вам?.. — махнул рукой дед. — Вы, конечно, игрок сильный, но эту игру все-таки люди придумали. У вас другие игры совсем.

— Ошибаетесь, Федор Михайлович, у меня игры такие же. Такие же пешки, кони, слоны… Кстати, мне в этой игре больше всего знаете что нравится? Что самого сильного ферзя иногда может побить самая захудалая пешка. Этот принцип справедливости соблюдается как на доске, так и в жизни. Только вот некоторые человеческие ферзи об этом часто забывают.

— Вам бы книги писать, — буркнул дед, — а не жизни косить.

— Каждому свое, — задумчиво откликнулась Смерть, — вообще, писателей не очень люблю. Постоянно меня в каком-то свете выставляют нехорошем. Какая я плохая, злая и ужасная. Разве вам в моем обществе неприятно?

Старик покосился на нее, но промолчал, выставив последнюю фигуру на доску.

— Ну что? Начнем? — дед потер руки и сделал первый ход.

— Или вот, к примеру, вон та маленькая девочка с мороженым. Сидит себе, ест его, радуется и не подозревает, что я совсем рядом с ней. В двух шагах. Но, ведь это не значит, что ей грозит опасность, верно? Поставьте, пожалуйста, вот эту пешку на е5.

Старик передвинул черную фигуру на место, которое указала ему Смерть и сделал второй ход.

— Вчера была на похоронах одного клиента. Все плачут, рыдают, а я вот не понимаю. По сути, ведь все вы смертны. Рано или поздно, каждого из вас за ручку отведу куда надо. Что рыдать-то? Не понимаю я вас совсем… Сейчас вот эта девочка ест мороженое, она счастлива. А когда оно закончится — счастья меньше ведь не станет? Ну, может быть, мелькнет в ее голове мысль, что можно было бы и еще одно слопать, но мама ей скажет, что нельзя, и они радостные пойдут дальше гулять. Так и я с вами, как с детьми. Только вот вы не понимаете, что наслаждаться жизнью нужно во время жизни, а не хныкать о том, что все не так, а в конце концов еще и помереть, так и не узнав ее вкуса. Да, дети в этом смысле понимают больше взрослых… Коня на с6, пожалуйста.

— А куда вы нас потом отведете? Интересно просто, — дед почесал затылок и сделал ход.

— Федор Михайлович, и вы туда же? — укоризненно проговорила Смерть. — Мы с вами договаривались, что подобные вопросы мы обсуждать не будем.

— Да ладно вам, успокойтесь! Сам скоро увижу.

— А может и не скоро, — произнесла Смерть и заерзала на стуле, глядя на доску, — давайте попробуем… хм… ну, к примеру, слона на b4.

Около часа прошло с начала партии. Игроки напряженно всматривались в доску и, между делом, негромко беседовали.