Волк (02:12:28 26/10/2010)

Рядом. Чертов Т 9.

Лиско (02:12:29 26/10/2010)

Я знаю, мой хороший. Ты там как?

Волк (02:12:37 26/10/2010)

Нормально, Лис. Берегу себя, как просила. Никуда не лезу. Да меня и не пускают.

Лиско (02:12:41 26/10/2010)

Врешь ведь. Чую.

Волк (02:12:45 26/10/2010)

Это я тебя чую.

Лиско (02:12:49 26/10/2010)

Нет я.

Волк (02:12:50 26/10/2010)

Оба.

Лиско (02:12:57 26/10/2010)

Ты уж совсем то не лезь куда не надо.

Волк (02:13:05 26/10/2010)

Да не лезу я. Я трусливый у тебя.

Лиско (02:13:07 26/10/2010)

То–то с каждой вахты с новыми шрамами возвращаешься (злой смайлик)

Волк (02:13:10 26/10/2010)

Я нечаянно! (смущенный смайлик)

Лиско (02:13:13 26/10/2010)

Не уехала к маме твоей. Нормально все тут. Работаю тихонечко.

Волк (02:13:18 26/10/2010)

Лис… Любимая моя… Скучаю. Очень. Я скоро. Честное слово я скоро.

Лиско (02:13:38 26/10/2010)

*вздохнула*

Волк (02:13:42 26/10/2010)

И не надо вздыхать–переживать.

Лиско (02:13:48 26/10/2010)

Дурачок ты мой…

Ну и прочие розовые сопли.

Час пролетел — не заметил. А потом бабло закончилось у меня на телефоне. Я зачем–то сделал несколько безуспешных попыток законнектиться. Мля… И где тут денег бросить?

Обматерил ни в чем не повинную березу и поплелся к костерку, возле которого трындели за жизнь Марлен и Фил. Треп ни о чем под фляжку с водкой.

— Ну что, Ромео? Наобщался? — хихикнул Марлен.

— На себя посмотри, — буркнул я в ответ. — И вообще. Мне можно. У меня медовый месяц.

— Который год он уже у тебя? — улыбнулся шеф.

— Четвертый.

— А детенышей чего не заводите? — влез Фил.

— Вернусь — сделаю. И не одного, — ответил я.

Вполне честно и искренне ответил.

И тут до меня доперло.

— Марлен, а почему аська работает? У них же серваки в Израиле! Были…

— Леш… Война закончится — я тебя уволю нафиг. За непрофессионализм. Наши уже давно аську выкупили и серваки сейчас в Москве. Запустили вот на днях.

Я только вздохнул в ответ:

— Шеф, если мое увольнение поможет войну закончить — увольняй прямо сейчас!

— У меня печати нет! — ответил Марлен и показал мне язык.

Так мы и трындели аж до четырех утра. А потом наше подразделение военных журналистов уселось на броню и понеслось дальше на запад. Только не далеко. Высадили нас около Вильнюсского аэродрома. Полковник Астахов на наше нытье ответил, что не имеет приказа нас тащить на передовую и отвечать за наши драгоценные жизни не собирается. И нытье наше не помогло. Поэтому мы пошлепали в штаб, засевший в здании аэропорта.

Проходя мимо взлетки, Фил не удержался и щелкнул несколько кадров — бульдозеры растаскивали в стороны остатки какого–то сгоревшего самолета. Мы же с Марленом пристали к пробегавшему мимо солдатику.

— Стоять, боец! Это что за самолет?

В ходе непродолжительной беседы выяснилось следующее.

Псковских десантников кинули самолетами в Литву. Но, пока договаривались с литовцами насчет всяко–разных дипломатических условностей, танки Гота, не встречая никакого сопротивления, вышли к самому Вильнюсу. Хрен его знает, где в это время была вся литовская армия. На пикнике, наверное. В итоге, когда первый «Ил‑76» уже катился по взлетно–посадочной, его в упор расстреляли немецкие танки. Второй, благодаря охрененному мастерству летчика, сесть не успел.