— Ясное дело, биться я в балахоне не могу, так что на месте разденусь и отдам его Лесси. Фразы «я замерз» или «спарился» означают, что балахон мне надо вернуть.

— Поняла, — кивнула Лесси, шепотом проговорила фразы.

Паук, убедившись в том, что все сферы влияние поделены и на ставках особо не заработаешь, потерял интерес к поединкам и пропадал на базаре — приценивался, собирал информацию, он и сейчас там был.

Выдвинулись к Лобному месту. Народ шел в том же направлении, что и рейд Севера: и по одному, и небольшими группками. Из центра Убежища тянуло дымом и ароматом похлебки. Впереди идущая группа узнала Севера, за его спиной зашушукались: «Это ж тот донник… монстр!» Неотрывно в глаза среди мутантов смотреть не принято — могут подумать, что им бросают вызов, потому, когда Север обогнал группу и вперился в верховода, тот потупился.

Жаба рассказал, что никакого плана у организаторов боев, как правило, нет, до самого конца состязаний никто не знает ни расклада сил, ни сколько будет схваток. Если верховод бросает вызов, а его не принимают, он вправе сам выбрать противника.

Половина зрительских мест была свободна, и рейд расположился в третьем нижнем ряду амфитеатра недалеко от прохода. Север к ним не спешил, обошел Лобное место по кругу, чтобы посмотреть, где охрана и как ее много — на случай, если придется вызволять Кору. Затем еще раз пробежался взглядом по зрителям, но девушек, предназначенных в жертву, среди них не было. Стражников он вроде тоже не приметил, либо те маскировались под мирных жителей.

Зрелища должны были длиться до ночи, до самого жертвоприношения, потому Открытый круг начинался не утром, а в полдень.

Из рассказов местных удалось узнать, как проходит состязание: любой верховод, который хочет расширить влияние, выходит в центр арены и толкает речь. Он должен назвать количество людей под своим началом, рассказать о них. Кто соблазнится, может войти в Открытый круг и представить свой отряд. Кто выигрывает, забирает людей. Обычно верховоды бьются не насмерть, достаточно вытолкать или выбросить противника за пределы круга. Проигравший может войти в рейд более сильного верховода на общих основаниях.

Черта с прихлебателями еще не было, зрителей особо тоже, в основном собрались участники со своими группами. Если верховод поставит на кон рейд, где около десяти человек или более, предложение Севера могут счесть неравноценным и отклонить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Пока народ собирался, Лука околачивался возле кашеваров, слушал, о чем говорят. Болтали не о предстоящем бое и даже не о жертвоприношении, а о том, что новый император собирает армию, дабы ударить по Пустошам и уничтожить мутантов. Одни смеялись, что нормов убьет проклятие Двурогого, другие — что это просто слухи, третьи — что нормы нашли средство, как защититься от проклятия, убегать и прятаться.

Часа два прошло, прежде чем появился Черт в алой шелковой накидке, с блестящими наплечами, в сияющей кирасе, отражающей солнечный свет. На поводке он вел то ли огромного чешуйчатого пса, то ли ящера на длинных ногах, Север мысленно назвал зверя крокодилом. Толпа загомонила, кто-то даже принялся аплодировать стоя, но Черт вскинул руку, успокаивая зрителя. Север к этому моменту уже вернулся к своим.

— Пр-р-риветствую тебя, свободный народ Пустошей! — Черт вскинул руки — зрители взвыли. — Сегодня — Открытый кр-р-руг! Самые сильные, самые отчаянные верховоды будут биться на кулаках у вас на глазах! Никаких луков, никаких ножей и мечей, только честная грубая сила!

— Да!!! — откликнулись зрители.