— Дядя, ты ж днище, не дури!

План спасения сестры обрел очертания, но прежде чем идти на охоту, нужно было набраться сил самому. Голова кружилась от обезвоживания, ноги были ватными, а горло таким шершавым, что дыхание вырывалось из него с хрипом. Жрецы Двурогого, отняв метаморфизм, казалось, знали, на какие мучения обрекают чужака.

Север вернулся на рынок. Послонявшись туда-сюда, ощутил пристальный взгляд, огляделся и заметил юркого мутанта в кепке, натянутой по самые глаза, который тотчас затерялся в толпе, но попался еще не раз.

— Эй ты! — крикнули за спиной. — Донник!

Север обернулся: перед ним на полусогнутых ногах стоял тот самый мутант в кепке.

— Жрать-пить хочешь? Дело есть. Идем.

Его лицо напоминало лягушечью морду: огромный безгубый рот, вместо носа — два отверстия, радужные глаза навыкате. Мутант зашагал прочь, но Север не спешил за ним. Тогда коротышка обернулся, задрал кепку, показав такую же, как у Севера, волнистую линию на лбу — клеймо донника.

— Своим надо держаться вместе. Меня Гоком звать. — Он протянул новому знакомому вторую кепку. — Нацепи, не свети клеймо. С дороги!

Расталкивая толкущийся народ, донник повел Севера с базарной площади к повозкам.

— Так что за дело?

— Наши костегрыза видели, тут недалеко, — заговорщицки зашептал мутант, воровато озираясь. — Собираем рейд.

— Что за тварь? — спросил Север.

— Ты чо, костегрыза не видел? У него четыре клешни, мяса много, да и саму тушу можно жрать, не отравишься! Выглядишь здоровым — пригодишься, когда загонять гада будем. Он здоровенный, ух!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вода у вас есть? Если выпью, так вообще сильным стану.

— На два глотка, самим мало. — Он кивнул на две телеги, стоящие углом друг к другу. — Проходи, там все наши. С тобой будет пятеро.

— А оружие? — Север обернулся.

В руках Гока блеснул нож, лицо исказилось злобой, и в этот момент Северу на голову накинули мешок, а со всех сторон обрушились удары. Зазвенела сталь клинков, ударяясь об усиленную метаморфизмом кожу. Другой бы уже упал, истекая кровью, но обычные ножи не причиняли Северу вреда.

— Твою мать! Валите его!

Север сорвал с головы мешок, одновременно ударил наугад. Попал, налетчик вскрикнул.

— Ломайте его! — Гок повис на руке Севера.

Всего нападающих было пятеро. Тощий мужик, похоже, обычный человек, кинулся в ноги — Север отбросил его пинком, врезал Гоку в скулу, а потом перехватил руку с кинжалом, сжал пальцы и держал, пока противник не выронил оружие.

— Он железный, вашу мать, — пятясь, пробормотал коротышка с топором. — И как его жрать-то?

— Ты прав, — сказал Север, поднимая кинжал и срывая флягу с пояса Гока. — Я несъедобный.

Арбалетный болт звякнул о лоб Севера, отскочил, не оставив даже синяка. Команда людоедов разбежалась, и только Гок остался. Его било мелкой дрожью.

— Мяса в тебе прилично, крови тоже… — задумчиво произнес Север. — Но, на твое счастье, людей я не ем. Исчезни!

Второй раз приказывать не пришлось, донник тут же, постанывая, испарился. Вспыхнуло и исчезло:

Очки Тсоуи: +1. Текущий баланс: −7.

Север поболтал трофейной флягой, оценил, что она наполнена на треть, и жадно присосался к горлышку, стараясь не думать о том, что там.