Я задумался. В этом аргументе была доля истины. Нам ведь надо было скрыться не только от неизвестных преследователей; встреча с куратором, по крайней мере, до конца сезона, была бы очень нежелательной. Потому что после каждого происшествия врать всё труднее. Мы оба это понимали.

— Чита, — сказал я, наконец, — там много военных заброшек. Остались со времен напряжённых отношений с Китаем. Наверняка, что-то интересное найдётся.

— Не слишком близко и не попсово, — одобрительно кивнула Соня, — едем.

— Меня ещё знаешь, что напрягает во всей этой ситуации? — спросил я.

— Ну, удиви меня.

— Они знали свойства сердца, которое мы достали, — сказал я, — считается, это невозможно. Но они точно знали, что с её помощью можно разорять могилы, — я кивнул в сторону Баси; та подняла голову, посмотрела на меня через зеркало заднего вида и продолжила вылизываться, — при этом они понятия не имели, как это сердце должно выглядеть.

— Да, это очень странно, — кивнула Соня.

— Откуда они могли знать?

— Ну, ты же знаешь, ходят разные слухи. Про наводчиков, которые научились вычислять сердца. Или про старые карты…

— Бред. Куратор сказал, это с нижних ступеней посвящения распространяют. Специально, чтобы цену набить…

— Ну а, с другой стороны, сам подумай: что ещё нам мог ответить куратор? Что да, такие вещи существуют, но вас они не касаются?

Мы переглянулись. Соня была права. В таких делах не стоит полагаться на официальную информацию.

До Рязани добрались быстро — пробок не было, середина дня. На въезде в город мы заехали в «М-5 Молл». Нужно было снять наличные — в наши планы не входило использование карточек по дороге.

Сначала я хотел ограничиться сотней — этого должно было хватить на дорогу, при наших обычных тратах. Но Соня вмешалась, увидев сумму.

— Арти, камон! Давай больше!

— Это зачем? — я поднял бровь, но от банкомата отходить не спешил.

— Гостиницы. Рестораны. И мало ли чего нам ещё захочется?

— Слушай, тебе мало было отпуска? Мы и так, знаешь, сколько за две недели в Москве прокутили? — возразил я.

— Сколько? — заинтересовалась Соня.

— Много.

— Сколько процентов от того, что нам заплатили?

Я мысленно произвёл необходимые вычисления, но ответ говорить не спешил. Соня не зря заговорила про проценты — так сумма выглядела куда менее серьёзно, чем в абсолютных цифрах.

— И потом, мы были не в отпуске, — возразила она, — мы занимались квартирой.

Я вздохнул. Потом набрал максимальную сумму на снятие, которая была возможна в банкомате. И повторил операцию несколько раз.

Наверное, Соня была права в том, что решила устроить первое в нашей карьере комфортное путешествие. Конечно, мы могли ночевать в палатках, прятаться от камер на заправках, поменять номера телефонов — но это бы слабо помогло, если бы куратор вдруг решил, что ему нужна срочная встреча с нами.

Расплачиваясь наличными, мы прятались не от него. А от других ребят, которые похищают людей, не пользуются телефонами и знают то, чего знать никак не должны.

Слишком усердно пытаясь скрыть следы поездки, мы бы только измучились. И прибыли бы на место в том состоянии, когда надо ещё неделю приходить в себя прежде, чем выйти на дело.

Шведский стол на завтрак, вкусный обед в лучшем ресторане города или, на худой конец, хорошие шашлыки в закусочной на дороге, которая пользуется доверием дальнобойщиков. Бассейн или спа вечером. Прогулки перед сном.