|
Здесь правило «Nicht Feuer, Nicht Rauch, Nicht Schrei!» не действовало, хотя вообще-то кабачок был достаточно близок и к порту со всеми его газохранилищами, и к обрыву – правда, без тех трусливых драконов, которых можно испугать внезапным криком или плохим исполнением арии Ричарда. Обрыв сейчас украшали драконы деревянные, держащие в пастях чугунную цепь-ограду. Мирабелле я дал пару «банзайских» адресов и несколько ценных советов; заодно я предупредил друзей, что к ним идёт странный человечек. Уже вечером она исчезнет с острова, проведёт несколько недель в подземельях – пока не заживёт рана на месте извлечённого идента, – и отправится подальше от Башни, на запад или на юг, и там затеряется в толпе… Это я так думал тогда. Изя запаздывала уже на два с лишним часа. Мы не возмущались, поскольку обед задался: в моих подопечных наконец-то распознали туристов, но поскольку распознали не сразу, а чуть ли не к концу обеда, это всех почему-то сильно обрадовало и настроило на шутливый тон; прорезалось наконец легендарное эстебанское гостеприимство, кабатчик Браун как раз кстати откупорил бочонок двойного небесного (если кто не знает: свежесваренный «копчёный» эль в открытых бочонках поднимают на специальном баллоне высоко в небо, где вода начинает замерзать и собираться на поверхности рыхлой корочкой, её снимают шумовкой до тех пор, пока в бочонках не остаётся половина от исходного объёма; тогда баллон возвращается) – и веселье покатилось, беспричинное, а потому самое ценное. Мрачен был только я, но старался этого не показывать. К элю подали медный тазик шкварок… _…Наши_высадились_тогда_в_порту,_пробравшись_по_паромным_тросам,_по_внутренней_их_части,_двенадцать_человек_из_Дальнего_и_двадцать_четыре_из_Ясного,_весь_путь_они_провели_в_пеналах_для_почты,_и_я_видел_со_своего_поста,_как_они_выгружались,_затёкшие,_неуклюжие,_натягивали_имитацию_солдатских_бронекостюмов_«Центурион»,_очень_похожие_пластиковые_поделки,_не_защищающие_ни_от_чего,_но_защиты_и_не_требовалось,_нужно_было_просто_на_три_минуты_совместить_картинку,_выдаваемую_системой_слежения,_с_тем,_что_можно_увидеть_невооружённым_глазом,_систему_слежения_мы_уже_захватили,_теперь_требовалось_подогнать_к_ней_действительность,_вот_так_же_сыпал_мельчайший_дождь,_и_вокруг_фонарей_висели_круглые_неясные_радуги…_ Кумико …И тогда я поняла, что Старший хотел мне сказать. Он хотел сказать, что скучал обо мне так же, как и я о нём, но оставаться мне здесь нельзя: здешнее чудовищное поле Цветов вот-вот дозреет до начала охоты, может быть, это произойдёт уже этой ночью, – и тогда всем в округе грозит смерть, даже Волкам, даже огромным Каменным буйволам – всем, всем… Я не знала, как, откуда, почему могло образоваться такое поле, в этом мог бы разобраться Север, или отец, или кто-то из китайских плантаторов, но не я. Сколько здесь Цветов? Многие тысячи. И не под скалами, а на пологом склоне… Нужно было искать другое место, чтобы скрыться. Потому что здесь, даже если меня не сожрёт пыльца, то найдут люди. Понадобится очень много людей, чтобы за одну ночь успеть прихватить такую массу Цветов. Взлететь на простом автожире с места невозможно – нужен разбег. Но мой «Махмади» умел немножко больше, чем _простой_ автожир. Можно было на короткое время превратить его в вертолёт – правда, жутко неэкономичный: вместо пропеллера мотор начинал вращать турбину компрессора, и сжатый воздух (плюс, разумеется, добавочный водород) подавался к концам лопастей на маленькие примитивные реактивные двигатели. Получалось что-то вроде «огненного колеса», китайцы любят показывать такие на крестьянских ярмарках. Реактор, конечно, для этого приходится форсировать, воды уходит огромное количество… Но ничего другого мне не оставалось. |
