Всему миру Титардо интересно, сможет ли Джон оправдать свое прозвище.

* * *

Нечестность…

Джон «рекурсировал» свои собственные раны.

Аннулировал свой расход ауры и маны.

Сводил на нет атаки по местности, восстанавливая ландшафт за считанные доли секунды.

Забытый богом Император сражался с человеком, чьи действия отрицали всякую логику.

— У меня нет времени! — Джон орал на Аида, не прекращая атаки. — Прямо в эту секунду новая Воля Мира Земли объединяет свои силы с мироправителями Зараженных. И те и другие теперь в курсе, что существует синк, оружие массового поражения против Зараженных, созданное в Иштаре. Мироправители собираются окружить и уничтожить мой город, мой клан и Дворец одной мощной атакой сверхсуществ, собранных со всех уголков мира Земли!

С камер внешнего наблюдения было прекрасно видно, что, приковав к себе внимание Аида, «Убийца Императоров» намеренно тянет время. У старика от застилавшего взор гнева аж глаза налились кровью!

— Да услышь ты меня наконец! — Джон отразил мечом атаку шпагой.

Сейчас он делал всё от него зависящее, дабы у людей, запертых в клановой крепости неподалеку, появился шанс убраться отсюда подальше. Телепортационная установка ежеминутно отправляла десятки людей в Иштар.

— Я чувствую, как сотни природных порталов открываются на границе территорий Дворца Голд и Воля Мира перебрасывает армии Зараженных на территорию России.

— Плевал я на твой мир, Джон Голд! Плевал на твой вшивый Дворец и Зараженных! — Император направил остриё лезвия на грудь противника. — Пока ты жив, Нуминор не возьмет себе нового эмиссара. А им могу быть только Я! И никто другой! Величайший в истории властитель царства мертвых.

— Гордыня, значит, — Джон отбил выстрел из пистолета-мортиры, направив его в воздух с помощью искривления пространства. — Ты не слышишь голоса чужой души… Да и не слышал никогда. Эгоизм не дружит с честностью, а значит, и с древней магией.

После этих слов атмосфера на поле боя резко изменилась. Это почувствовали и жены Аида, издали следившие за сражением. Старику наступили на настолько больную мозоль, что и представить страшно. Легендарный Император, проживший в пятьдесят раз дольше обычного Пробужденного, так и не владел ни древней магией, ни «душевным диалогом», ни сверхнавыком «Властителя Слова».

От переизбытка чувств Аид не мог вымолвить ни слова. Эманации в его ауре сменились с клокочущей жажды крови на чистую, ничем не замутненную ненависть. Здесь, во всеми богами забытой Антарктиде, в захудалом мирке, находящемся на обочине цивилизации, Аид встретил во плоти «несправедливость судьбы». Гремучая смесь из ранее неосознаваемых чувств, уже давно обитавших в сердце старика, наконец приобрела форму….

…Форму разрушения…

Перед уставшим от жизни стариком сейчас стоял тот самый Джон Голд. «Божественный Ратник», «Убийца Императоров», «Герой мира Фризе», «преемник Гилберта Бейтса», «победитель Игр Старших и Гонки Героев», «Ратник, создавший Дворец» и что особенно важно — «Эмиссар Нуминора».

Пророк, способный слышать мертвых и творить древнюю магию, не произнося слов.

— Всё живое и мертвое, — хриплый, полный гнева голос Аида эхом отразился от ближайших гор и холмов. — Пред лицом всех Истинных Богов я клянусь, что уничтожу всё, что тебе дорого, Джон Голд! Убью твоих близких, твой род, твой клан и Дворец. Сделаю так, чтобы само твое имя исчезло из истории, а те, кто будет знать о Джоне Голде, будут плеваться при одном его упоминании. Очерню! Выж-ж-ж-жгу саму память о тебе из истории всех миров! Не важно сколько лет у меня на это уйдет, но я добьюсь своего.