Удивительное ощущение, просто непередаваемое — когда тело буквально парит в невесомости, и даже немного стремится вверх, выталкиваемое архимедовой силой, а голову при этом неумолимо притягивает к себе сила гравитации. Словно два великана пытаются развернуть тебя в вертикальное положение, а потом медленно, с чувством, с наслаждением, разорвать надвое.

Пришлось потратить чуть ли не половину минуты на то, чтобы просто повисеть с закрытыми глазами, чтобы тело привыкло к такому необычному сочетанию получаемой от органов чувств информации, и только после этого начинать вертеть головой, не боясь, что меня вывернет или закружится голова и я вывалюсь наружу, или что-то еще приключится.

Когда тело наконец справилось само с собой, я открыл глаза и осмотрелся. Где-то в двадцати метрах от меня мерно двигалась в лунном свете, то исчезая из поля зрения, то снова вплывая в него, гигантская каменная нога, и она была единственным способом спуститься вниз. Единственным, кроме варианта со свободным падением, конечно же.

Я принялся смещаться в сторону ноги все так же по дну, держа голову высунутой наружу и перебирая руками и ногами по шершавым кораллам и прочим выростам морского дна. Находить точки опоры было совсем не трудно, и держали они знатно, так что никаких проблем с этим не возникло. Проблемы возникли, когда я добрался до того места, где нога крепилась к спинорифу.

Если я правильно все понял, глядя сверху-вниз, спинориф представлял из себя нечто вроде Легиона, только на четырех ногах и… хм… предположительно, живое. То есть, это был огромный плоский кусок камня в форме условного прямоугольника, к которому приделали четыре ноги, расположив их практически в углах фигуры. Таким образом получилось, что не существует никакой, даже крошечной площадки, на которую можно было бы вывалиться из «воды», чтобы сориентироваться и подумать, что делать дальше. Если из нее вывалишься, то дальше путь только вниз. Или по ноге, если сможешь быстро сориентироваться и ухватиться за что-нибудь, или… Или рядом с ней, но зато намного быстрее.

Недолго думая, я снова задержал дыхание, сунул голову за границу раздела двух сред, развернулся ногами вперед и свесил их наружу, пытаясь нащупать какой-нибудь упор. Ноги упорно нащупывали пустоту, а если и находили что-то похожее на выступ, то либо не получалось на него даже поставить ступню, либо она тут же соскальзывала.

Ну мать твою, этого только не хватало! Неужели придется плыть к другой ноге и пробовать там? Так никаких сил не напасешься, плавать туда-сюда! До утра плавать можно!

И, только я об этом подумал, как носок ботинка наконец нащупал какую-то щель, достаточно широкую и высокую, чтобы в нее поместиться, и напрочь утвердился в ней. Мысленно возликовав, ведь запас воздуха в легких уже начал заканчиваться, я перенес вес тела на эту ногу, спустил вторую, нащупал ею тоже какой-то уступ, и в итоге встал даже почти что уверенно. Теперь я уверенно мог сказать, что я стоял на ногах, а не висел в толще «воды», цепляясь за все, что под руки подвернется.