— Не. — Медведь усмехнулся. — Спинорифы ниже. Не сильно, но ниже. Легион специально создавали таким, чтобы он был выше всего, что способно двигаться… По крайней мере, выше всего, что является в той или иной степени стабильным.

— Ага, я понял. И быстро ли двигается?

— Нет, конечно. Как ты себе представляешь быстрое движение всей этой махины? Со скоростью быстро идущего человека примерно. Зато без остановок, без усталости и при этом — с огромной боевой мощью.

Про боевую мощь я уже и сам все осознал, вспомнив то несметное количество стволов и ракетных установок, что смотрели на меня с нижнего уровня Легиона. Один залп всей этой военной машины был способен в пепел выжечь землю под собой на глубину до двух метров.

— А что насчет багов? В них Легион не попадает?

— Ноги могут. — безучастно пожал плечами Медведь. — Но, есть датчики, которые находят баги, что позволяет ставить ноги при шаге мимо них. При мне еще ни разу не попадали, короче.

Я представил себе, как гигантский стальной остров Легиона попадает в какой-нибудь баг, имитирующий работу черной дыры, и скукоживается в безразмерную точку, и стало немного не по себе. Только и остаеится что надеяться, что таких багов в Аномалионе нет.

Пока еще нет.

Мы дошли до ангара, в котором нас уже ждал джип — уже другой, совсем не тот, на котором мы приехали. Этот был не черный, а маскировочной расцветки, и без пулемета на крыше. Он вообще больше походил на гражданский транспорт, нежели на бронированную, пусть и не по высшему разряду, машину. Наверное, решили, что для двадцатиминутной поездки до Виндзора хватит и такой.

В машину загрузились вчетвером — я, Медведь и еще двое солдат, один из которых сел за руль. Медведь устроился на переднем пассажирском, я сел прямо за ним — на то место, в которое будут стрелять в последнюю очередь, случись вдруг чего. Автомат я тоже поставил на сиденье прикладом, между собой и дверью, чтобы в случае чего он принял на себя часть поражающих элементов. Надежнее этого было бы только снять броню и закрыться ею, но это, во-первых, совсем уже маразм, а во-вторых, надо же иметь и спереди какую-то защиту — вдруг прилетит именно оттуда?

Однако в этот раз никто нас не атаковал. Машина спокойно выехала по пандусу из брюха Легиона и за недолгие двадцать минут домчала нас до города. Все это время мы даже не разговаривали. С Медведем болтать было во-первых неудобно из-за того, где он сидел, а во-вторых, он почти сразу опустил голову и опять задремал, полувися на ремнях безопасности. Ничего удивительного — он-то так и не поспал. Я, конечно, тоже, но я и «Искру» себе не колол и отходняки меня теперь не мучают, как его.

То, что мы доехали до города, понять было нетрудно — за окном снова посветлело. Сначала я даже решил, что мы выехали из Легиона и окунулись в ночную тьму лишь для того, чтобы сделать по ней круг и снова вернуться под слепящие прожекторы базы Центурии, но оказалось, что в этот раз источник света совсем другой. Это был город, в который мы въехали практически не снижая скорости. Будто нас тут ждали и заранее приветственно распахнули ворота, подняли шлагбаумы или что тут у них делают.