— На нас пока не нападают! — доложил я Медведю, как старшему, пусть и пока что находящемуся не в самой лучше форме. — Вторую машину тоже подпалили, но в атаку не идут!

— Они и не пойдут! — ответил Медведь. — Пока они тебя не видят, тебя для них не существует… Это же Овощи!

Ах вон оно что! Овощи это, оказывается, те полуголые придурки с гранатометами!

— Что за Овощи такие?

— Шантрапа. — рыкнул Медведь. — Местные юродивые, придурки, которые окончательно сошли с ума под действием всевозможных излучений, на которые богат Аномалион. Совершенно нелогичные, неуправляемые, необъяснимые, неконтролируемые и нахрен ненужные под этим гребаным куполом… твари! Могут отмочить все, что угодно — от того, чтобы подарить тебе редчайший чит, который нашли под ближайшим кустом, до того, чтобы кинуться на тебя с намерением выгрызть твои глаза прямо зубами. Причем одно может пойти прямо за другим в произвольной последовательности!

— Так а почему они не нападают⁈ — не понял я.

— Да потому что Овощи! — Медведь вяло махнул рукой. — Они тебя не видят, тебя для них не существует! Они увидели машины — они атаковали машины, и на нашу беду у них откуда-то были гранатометы, вот мы и встряли!

— А что за ритуальные танцы у них?

— А я откуда знаю⁈ Может, празднуют свою великую добычу — двух бронированных зверей, хер их поймет!

— Значит, мы можем спокойно отступить и они не будут нас атаковать, если не увидят?

— Технически да. Они нас атаковать не будут. — Медведь завозился и принялся подниматься с земли. — Это мы их будем атаковать.

— Чего⁈ — не понял я. — Зачем⁈

— Затем! — безапелляционно ответил Медведь, принимая сидячее положение. — Затем, что эти твари расхерачили два ценнейших автомобиля, а главное — убили трех моих парней! Моих парней! Машины можно починить, можно даже собрать с нуля — сложно, но можно, и они будут такими же! А таких же парней, таких же солдат, таких же друзей — где я возьму⁈

Ясно, его не переспорить. Он полон жажды мести и решимости эти месть претворить в жизнь. Если я сейчас встану на пути, то рискую превратиться в еще одну цель, чего мне решительно не хотелось бы. Впрочем, лезть под пули ради чужой причины не хотелось тоже.

— Слушай, мы так не договаривались. — я покачал головой. — О том, чтобы лезть в бой, когда можно отступить, речи не шло.

— А ты и не лезь. Ты меня просто прикрой. Я все сделаю сам. — прогудел Медведь, поднимаясь и снова залезая по пояс в подбитый автомобиль.

— И чем же ты собрался это делать⁈ — чуть повысив голос, чтобы докричаться до него, спросил я. — Пистолетом своим и ножом?

— Сейчас сам все увидишь! — ответил Медведь изнутри.

Черт, угораздило же!.. Сейчас если убьют еще и его, я опять останусь один хрен знает где, без транспорта, почти без еды и воды, ни хрена не зная об окружении, местности… Даже если я умудрюсь уйти от противников незамеченным или если Медведь их всех перебьет перед своей гибелью, мои собственные шансы на выживание тоже значительно уменьшатся…

Впрочем, если подумать — все не так плохо, зря я себя накручиваю.