— Зачем мне ее угонять? — удивилась я. Неужели я похожа на преступницу?

Да. Так и есть.

Я похолодела.

А что, если Адам сейчас вызовет полицию, и меня вычислят?..

Я буквально увидела, как к зданию подъезжает машина со спецназом, и меня выводят, под прицелом автоматов.

— Что, ты испугалась? — ликующе усмехнулся Адам. — Вот не зря я удивился, твоему появлению. Эта тачка не может принадлежать тебе.

Я молчала судорожно, придумывая оправдание.

Я могла бы показать ему свои права, но, если он увидит имя, и внешность, сразу все поймет.

И тогда он точно вызовет полицию.

Я тяжело сглатывала, пытаясь побороть приступ тошноты.

Я не могу сказать кто я, несмотря на то, что мне нужно осмотреть машину. Я должна проверить, нет ли там каких-нибудь зацепок, что могли бы послужить объяснению моей амнезии. Жаль, что я действительно не могу угнать свою машину.

Я стою на высоком, холме. Со всех сторон меня окружают остроконечные, опасные, как бритва скалы, и океан, плескавшийся за сотню метров вниз. И я стою на холме, не зная, как поступить, ведь куда бы я ни пошла, везде меня ждет падение.

Я делаю шаг…

— Аура? — Адам второй раз за день был слишком близко ко мне. Я отшатнулась от него, быстро моргая.

— Я вспомнила.

— Что?

За окном прогремел гром, над моим домом сверкнула молния. Я с трудом пробормотала:

— Я вспомнила это…

— Что?

— Это было в августе, верно? — я уставилась на Адама широко открытыми глазами. Между его бровей залегла морщинка, и могу поспорить, он уже не был рад, что рассказал свой секрет. — Я приехала к тебе за своей машиной, так мы и познакомились.

— Верно. — Сейчас Адам стал подозрительным, в точности как из воспоминания.

Моего воспоминания.

Почему я забыла о том, что я приехала сюда несколько месяцев назад? Словно кто-то намеренно стер мне память.

Словно кто-то очень сильно не хотел, чтобы я была здесь, в этом городе.

Я нервно провела языком по губам.

— Это невероятно.

— Я думал, невероятно то, что ты так легко выкинула меня из своей головы, после всего что между нами было, — пошутил он, и я усмехнулась, все еще думая о своем.

Машина.

Форд, 1971 года.

Моя машина.

Та, на которой теперь разъезжает Экейн.

Что же здесь творится?

Адам Росс всегда хорошо контролировал себя. Плохо контролировать себя значило быть слабым, а он никогда не был слабаком.

Однако, когда открыл дверь своей квартиры, и впустил внутрь Маритт, он едва мог сдерживать гнев, особенно, когда девушка ослепительно улыбнулась, припала губами к его гладковыбритой щеке, и ушла в спальную комнату. Размеренно дыша, Адам запер дверь. Перед глазами он все еще видел чистейший испуг на лице Ауры, он все еще слышал ее слова, о том, что Маритт хотела утопить ее.

Сделав несколько вздохов, Адам направился в комнату, вслед за Маритт. Она уже сняла свое пальто, оставшись в джинсах, с высокой талией, и укороченном свитере, и расположилась в кресле, крестив ноги.

Адам с порога заявил:

— Во-первых, я не буду спать с тобой. Во-вторых, я хочу, чтобы ты оставила Ауру Рид в покое.

Между ними повисла зловещая тишина, и Адам почти улыбнулся, от того как глаза блондинки расширились, и она пролепетала:

— О чем ты говоришь…

— Я хочу, чтобы больше ты к ней никогда в жизни не подходила, и не заговаривала. Никогда.

— Почему ты говоришь это?! — вскрикнула Маритт, вскакивая на ноги.