В короткой записке, отосланной в Ипсвич Фанни, он просил ее через два дня принять его с четой Гамильтонов. Однако когда Нельсон с Эммой и сэром Уильямом приехали в Ипсвич, то нашли дом с закрытыми ставнями. Дело в том, что Нельсон совершенно забыл, что просил жену ждать его не в Ипсвиче, а в Лондоне. Пришлось ехать дальше. Однако нет худа без добра. В городке Колчестер, который проезжал Нельсон со своими спутниками, ему был оказан еще один грандиозный прием, в котором участвовало все население.

Но вот, наконец, и Лондон. Газета "Морнинг пост" сообщила по этому поводу: "Знаменитый адмирал был в полной форме с тремя звездами на груди и двумя золотыми медалями. Толпа приветствовала его многократными криками "ура!", на что прославленный моряк отвечал низкими поклонами. Лорд Нельсон выглядит прекрасно, но несколько худощав". Не успел Нельсон появиться в столице, как все уже знали, что приехал он в немецкой дорожной карете сэра Гамильтона, что вместе с адмиралом в ней находилась и его пассия Эмма Гамильтон, а также купленная в Африке чернокожая девушка-рабыня.

Преданная Фанни терпеливо ждала своего мужа в гостинице "Нерот", расположенной неподалеку от Сент-Джеймсского дворца.

Встреча двух соперниц была холодной. Эмма, как она вспоминала позднее, сразу почувствовала к жене любимого непреодолимую антипатию, а Фанни поняла, что вызывающая красота соперницы не оставляет ей никаких шансов.

Вечером обе пары ужинали вместе, все чувствовали себя напряженно и скованно. Было совершенно очевидно, что двое за столом явно лишние, но если сэр Уильям давно привык к своей роли, то для Фанни это было невыносимо. После ужина Гамильтоны уехали на Гросвенор-сквер, где они сняли дом.

Спустя несколько дней лорд-мэр Лондона вручил прославленному флотоводцу почетную шпагу с бриллиантами. Восторженная толпа снова распрягла его карету и катила ее на руках.

Затем был прием у короля. Георг III встретил героя Абукира холодно. Очевидец отмечает: "…Прием Нельсона королем был бесцеремонным, почти демонстративно неодобрительным". Для нашего героя, который за недолгое время своего пребывания на родине уже привык к поклонению и восторгам, это было не только ушатом холодной воды, но и предвестием не слишком радостного будущего.

Вот еще одно свидетельство отношения короля к герою Абукира: "Его величество только спросил у Нельсона, поправилось ли его здоровье, и затем, не ожидая ответа, повернулся к генералу… с которым разговаривал около получаса очень весело и оживленно. Разговор явно не мог быть об успехах генерала".

С Фанни Нельсон прожил два месяца. С каждым днем росли отчужденность и холодность в их отношениях. При каждом удобном случае Нельсон стремился уехать к Гамильтонам. Первый скандал разразился на приеме у лорда Спенсера, когда Нельсон в раздражении публично оскорбил жену. Плачущую Фанни успокаивала хозяйка дома, и несчастная женщина открыла ей истинную причину своих слез.

— Боже, как все это не похоже на тот вечер перед отплытием вашего мужа, когда он просил меня пересесть, чтобы быть с вами рядом! — искренне вздохнула леди Спенсер.

Конечно, леди Спенсер была в курсе любовной связи Нельсона с женой бывшего дипломата, однако никак не ожидала, что дело зашло столь далеко. Как могла, она успокаивала свою знакомую, но что она могла сделать?

Спустя несколько дней Нельсоны и Гамильтоны абонировали ложу в театре Друри-Лейн. Едва началось представление, Нельсон пересел к леди Гамильтон и стал оказывать ей столь явные знаки внимания, что бедняжке Фанни стало плохо и она упала в обморок.

К Рождеству отчуждение супругов было уже столь велико, что они почти не общались между собой. Зная о ситуации в семье Нельсона, его друзья теперь старались приглашать его в гости без супруги, но с четой Гамильтонов. Настроение у Нельсона было самое тягостное.