Изменить размер шрифта - +
Только последнее слово за мной. Убирайся к черту!

Принц Махмуд почувствовал, что почва уходит у него из-под ног. Никто никогда не разговаривал с ним подобным образом, и ногти Мэнди, впившиеся в самую чувствительную часть его тела, причиняли ему невыносимую боль. В порыве гордости он отпустил руку Мэнди, чтобы положить свою на ее обтянутую черными кружевами грудь.

Мэнди нагнула голову, вцепилась зубами в запястье Махмуда и сжала их изо всех сил. Махмуд закричал, оттолкнул Мэнди и отступил на шаг. Умирая от желания изнасиловать ее, но уже укрощенный. Мэнди разгладила платье и уселась на белую кожу, положив с садистской медлительностью ногу на ногу, чтобы еще больше возбудить Махмуда.

– Ладно, – проговорила она, – успокоимся.

– Извините меня, – пробормотал Махмуд, раздираемый яростью, горечью и стыдом.

Он был вознагражден за эти слова ослепительной улыбкой Мэнди.

– Ну вот это намного лучше, – сказала она. – Ты начинаешь ходить на задних конечностях. Скоро ты станешь настоящим человеком. Сначала, когда начинают ухаживать за дамой, ей делают маленький подарок. Или даже большой.

Принц Махмуд немного пришел в себя. Он снова находился на знакомой почве. Надо улестить дракона.

– Разумеется, – ответил он. – Это прекрасная мысль.

Махмуд пересек комнату, взял лакированный ящичек, открыл его и подал Мэнди. Он был набит часами «Картье», усеянными бриллиантами, из которых самые дешевые стоили тридцать тысяч долларов. Филиппинки, которым он их предлагал, катались по полу от счастья. Он немного порылся и достал самые роскошные часы, которые надел на запястье Мэнди.

– Это для вас.

Мэнди слегка махнула рукой, словно хотела согнать насекомого, и часы упали на толстый палас. Она поднялась и ногой отшвырнула драгоценные часы на мраморный розовый пол. Наступив затем каблуком своих туфель, она со старанием раздавила их, так что от них остались лишь несколько пружин и маленькие разрозненные бриллианты.

Все это было сделано на глазах остолбеневшего Махмуда...

– Когда у тебя будет достойный подарок, ты принесешь его мне, – бросила Мэнди ледяным тоном. – Это для служанки. Теперь я хочу вернуться к моей подруге.

– Нет, – проговорил Махмуд сдавленным голосом, – вы останетесь здесь.

Мэнди пожала плечами.

– Ладно, если ты так хочешь, но ты не будешь со мной спать.

С вызовом она направилась к огромной кровати, стоящей в алькове, и улеглась поверх нее, положив голову на подушку. Взяв телепульт, она включила «Самсунг». Так и есть: порнофильм... Смирившись, Мэнди покорно вздохнула:

– Черт возьми, всегда один и тот же текст.

Когда она подняла голову, Махмуд был голый! Он освободился от одежды в рекордный срок. Предвкушая невиданное наслаждение, он уже шел к кровати. Мэнди отвернула голову, издав небольшой свист.

– Знаешь, у тебя действительно вид животного, – сказала она. – Но вот только я не знаю какого, я редко посещаю зоопарк.

Смертельный гнев блеснул в глазах брунейского принца. Но Мэнди умела не переходить границы. Возбужденная плоть Махмуда была в нескольких сантиметрах от ее лица. Она протянула руку и сжала ее, на этот раз с нежностью. Ее ложно-наивное лицо осветилось похотливой улыбкой.

– Скажи-ка, твоя мать, наверно, переспала с жеребцом. Твое чудовище равно десяти дюймам.

Ее пальцы начали ходить взад и вперед вдоль возбужденной плоти. Все быстрей. Махмуд хотел освободиться, но он был, как в тисках. Демоническая рука доставляла ему все большее наслаждение. Мэнди умела обращаться с мужчинами. По некоторой неподвижности во взгляде и по напряжению плоти в ее руке она почувствовала, что скоро наступит финал.

Быстрый переход