В каюте и так было тихо. Но оказалось, что тишина может быть разной. «Мертвая тишина», наверное, самая тихая. Именно такая наступила после этих слов.

— Зачем, спросите вы, — продолжал Арье. Голос его зазвенел и отозвался эхом в просторном помещении. — Мне было интересно. Интересно посмотреть, как ведут себя люди в необычных условиях. И не только посмотреть. Я хотел снять об этом фильм. Документальный. Я установил скрытые камеры везде, чтобы ни один нюанс не был упущен. А потом я подумал, что наше шоу станет для зрителя еще интереснее, если мы включим в эфирный показ эти скрытые кадры. И объявим о том, что во время игры было совершено два отравления. Дорогой Викентий, милые дамы, кто отравитель? Это не я.

Общий вздох вспугнул тишину, и она исчезла. Присутствующие стали бросать негромкие реплики друг другу.

— Мне было интересно, — продолжал Арье, — как вы будете искать преступника. Мне очень хотелось знать, как ведут расследование профессиональные журналисты, такие, как Александра Барсукова. Признаюсь, ее решительность и логика восхитили меня. Она почти сразу поняла, что все неприятности — дело моих рук. Впрочем, это было не трудно понять, я не очень старался замести следы. Я даже хотел, чтобы меня обнаружили. Правда, мне пришлось обнаружиться самому. Сроки, увы, поджимают. Скоро мы прибудем в пункт назначения. А теперь вы снова стоите перед выбором. Есть два варианта.

Арье пересказал присутствующим то, что говорил вчера Саше.

— А теперь я хочу передать слово Александре Николаевне, — произнес он напоследок. — Возможно, ей есть что сказать и обо мне, и о том, что она про все это думает.

Снова наступила тишина. Саша почувствовала, что у нее пересохло в горле.

— Мне нечего вам сказать, — хрипло произнесла она. — Господин Арье признался во всем, это признание записано на видеопленку с помощью все тех же скрытых камер, установленных им самим. На мой взгляд, у представителей прокуратуры есть все основания завести на него дело о покушении на господина Вартаняна. Это как минимум. Но это — конец игры. Так составлены договоры — без его участия мы не можем продолжать съемки. То есть, конечно, можем. Однако таких денег, которые необходимы, чтобы оплатить ваш труд, у нас нет. Решение зависит от вас. Лично мне будет очень тяжело участвовать в дальнейших съемках после всего случившегося. Но если вы решите, что это необходимо…

Саша села, и тотчас на всю каюту прозвучало:

— Дерьмо! Барин с холопами решил поиграться…

Полковник Ворошилов был вне себя от ярости. Но развивать свою мысль он не стал. Зато ее подхватила Анна Незванова:

— Да, господин Арье, крыша у вас капитально поехала. Вы думаете после этого удержаться на плаву? Кто же с таким психом дела будет вести? Я сейчас вызову вертолет. Поедем в другой круиз, ничего… Всех с собой приглашаю. Миллионного приза не обещаю, но отдохнете нормально. Безо всяких скрытых камер.

— Нет, подождите! — воскликнул Колыхалов. — Я на все согласен. Согласен даже сыграть роль злодея. Это ведь очень интересно. Неужели это все закончится… никак?

— Прокуратура, вертолет… — глухо вымолвил Носов. — А что тут такого, подумаешь… Экстремальная игра, нормально…

— Феликс меня убьет, — пробормотала себе под нос Алена Калязина. — Сашка, ненормальная, что же ты делаешь…

— Плакали твои новые ролики, братишка, — сказал Валерка Братищев. — И комп с монтажкой.

— И твоя новая коллекция спортивных машинок, братишка, — сказал Борька Братищев. — С коттеджем в Шапках.

— У меня вопрос к господину Арье, — громко проговорила Яна Самойленко.