Екатерина Булычева замерла в неудобной позе.

— И ты молчишь? — пробормотала она. — Что там? Ты прочел?

— Я не читаю чужих писем, — ответил сын.

— Сколько раз я тебе говорила, что от тебя у меня секретов нет! — закричала мать, появляясь на кухне. — Где оно? Неужели тебе не интересно узнать, выиграли мы или нет? Господи, когда оно пришло? Ты же мог мне на работу позвонить!

— Оторвать тебя от сложной операции? — слегка усмехнулся Колька. — Подумаешь, срочная новость! Я очень надеюсь, что тебе отказали.

— Как ты можешь так говорить! — закричала Катерина еще громче, так, что где-то застучали в стенку соседи. — Ты что, не понимаешь? Это же… Давай его скорее!

— Поужинала бы сначала, — проворчал сын и извлек изрядно смятое письмо из кармана джинсов. — Что я должен понимать? Что мы на всю страну опозоримся? Какому придурку в голову пришло такой отстой выдумать?

— Замолчи! — потребовала она и стала вскрывать конверт.

— Ты бы ножницами, что ли… — недовольно сказал он.

Наконец, Екатерина извлекла заветный листок, глянула, побледнела и опустилась на ящик для обуви.

«Слава Богу, — подумал Колька. — Обошлось».

— Коленька, — забормотала она. — Коленька, сыночек… как же так… Так ведь не должно было…

— Ладно, ма, не расстраивайся, — бодро проговорил он. — В другую игру как-нибудь сыграем. Пойдем ужинать — картошка остынет.

— Так ведь не бывает, рыжий, — плачущим голосом сказала она. — За что нам такое… такая… подарок судьбы… а?

У Кольки ухнуло сердце. Он выхватил плотный бланк из рук матери и стал читать. Чем дольше читал, тем больше хотелось заплакать. «Так не бывает, — с отчаянием думал он. — Так не должно было быть. Ведь тысячи человек в отборе участвовали. Почему ее выбрали? Обычную медсестру, немолодую, пусть и красивую… Она же пьет, черт возьми! Теперь хоть топись. А из школы уходить уж точно придется!»

№ 11

Налоговый инспектор был предельно вежлив. Он не отказался от кофе и смотрел на Георгия почти дружелюбно. Но слова при этом произносил неприятные.

— По-человечески я вас понимаю, — говорил он, закатывая глаза от удовольствия. И непонятно было, что ему больше нравилось — кофе или ощущение власти над Георгием. — С каждым может случиться. Но существуют правила, которые нарушать не позволено никому. Мы зафиксировали факт — ваш продавец не пробил чек через кассовый аппарат. Мы зафиксировали факт, что аппарат находился на момент проверки в неисправном состоянии. Мы приняли к сведению и тот факт, что продавец, нарушивший установление, работает у вас всего второй день. И что нам теперь с этими фактами делать?

— А что обычно делается в таких случаях? — осторожно спросил Георгий, пытаясь угадать хоть какой-то намек в глазах инспектора. Намек на то, что можно договориться. Увы. В глазах этих зияла холодная пустота.

— Обычно составляется акт, — ответил инспектор и растянул губы в улыбке. — В заключительном пункте указываются применимые к нарушителям меры. Вы этот акт получили. Вам непонятно, какой штраф вы должны заплатить? Умножьте данную цифру на сумму МРОТ.

— Я уже умножил, — жалко усмехнулся Георгий. — Если я уплачу такой штраф, мне придется закрывать магазин.