Он не знал, как избавиться от нашествия кандидаток в подруги жизни, которые одолевали его на собственной территории, как тараканы, худел, бледнел, терял аппетит и чувство юмора. В довершение всего свалилась на его голову еще одна проблема. Проблема была сродни предыдущим, однако со специфическим уклоном. Не растеряй Иосиф в последнее время изрядную часть своей ироничности, он бы здорово повеселился. Но сейчас ему было не до смеха. Однажды субботним майским утром почтальон доставил ему заказное письмо. Обратный адрес был питерским. Иосиф удивился и стал изучать конверт внимательнее. А потом его черные как смоль кустистые брови поползли вверх. Письмо ему пришло с телеканала «Невские берега». На месте строчки «От кого» стояла неразборчивая закоряка. «Чудеса, — подумал Иосиф. — Или слава о моем удивительном мастерстве в области ремонта пылесосов и стиральных машин достигла солидных фирм? Интересно, что такого могло сломаться на телевидении, если они не в силах обойтись без Йоси Когана?» Но высота его бровей на физиономии достигла предельной точки, когда он прочел послание до конца.

«Уважаемый Иосиф Моисеевич! — было написано на плотной мелованной бумаге с красивым логотипом телевизионного канала. — Редакция телеигр и реалити-шоу рассмотрела Вашу кандидатуру и приняла решение включить Вас в число участников игры «2 + 1». Убедительно просим Вас 26 мая сего года прибыть в офис канала «Невские берега» в 18 часов. При себе иметь российский паспорт, заграничный паспорт (при наличии), четыре фотографии 3x4, ГПС и ИНН. С уважением, редактор программ Мочалина Д.Ю., генеральный директор канала Калязин Ф.Б».

«Я сам охоч до всяких розыгрышей, — подумал Иосиф, пребывая в смешанных чувствах. — Но какой смысл в такой шутке? Допустим, приду я в офис «Невских берегов», принесу ГПС и ИНН. Ну, посмеются надо мной охранники у входной двери. Кому еще от моего прихода будет смешно? К тому же я вполне могу не пойти. Ибо абсолютно не мечтаю участвовать в телевизионных играх сомнительного пошиба. Если бы я не был уверен, что моя теща далеко отсюда, подумал бы, что письмо — ее рук творение. «2 + 1», ха! Да, юмор вполне в ее духе». Один — это, конечно, он, Йося. И приплюсуют его, согласно формуле, к каким-то двум, а к каким — они там уже сами решат, его не спросят. Сам будешь не рад.

Так и решил Иосиф, что это чья-то неудачная шутка, и успокоился. И, конечно, двадцать шестого мая отправился вовсе не на улицу Академика Павлова, как предписывалось в послании, а к себе на работу — в маленькую мастерскую, которая процветала благодаря тому, что там работает Иосиф Коган. Пробыл он там до половины десятого вечера, самозабвенно перебирая мотор старинного холодильника «Бирюса», домой пришел около одиннадцати и не успел поставить на плиту чайник, как телефон в прихожей затренькал требовательно и назойливо. По логике аппарат должен реагировать на жаждущих общения одинаково. Но телефон Иосифа нетерпеливых клиентов встречал раздраженно и недовольно, застенчивых поощрял, друзей приветствовал, «невест», захлебываясь и хрипя, отторгал. В одиннадцать вечера с Коганом собирался разговаривать наглый, настойчивый и не очень деликатный субъект. Можно было не поднимать трубку. Но вдруг это был заказ? От заказов Иосиф не отказывался вот уже сорок лет, с тех пор как ему, десятилетнему пацану, соседка принесла пахнущий паленой резиной электрический утюг первой экспериментальной партии завода «Электросила» в одной руке, и шоколадку «Аленка» — в другой. От шоколадки Иосиф тогда отказался, а назвал вполне реальную сумму вознаграждения в твердой рублевой валюте. С тех пор и пошло…

— Иосиф Моисеевич! — закричали в трубке после невнятного приветствия.