Я ничего не видела, но чувствовала нависавший надо мной тенистый дух, и крики миллионов мучимых душ пульсировали вокруг меня. Дух реки столетиями питался ужасом. Даже тысячелетиями.

— Боишься, маленькая? — её голос был всюду вокруг меня, вибрировал в моём черепе, в моих костях, в моих зубах.

Я просто кивнула.

— Хорошо, — я не слышала в её голосе ни удовлетворения, ни удовольствия. Она знала лишь одно: страх.

— Кто ты? — я запиналась, произнося эти слова.

— Кто я? — голос повторил мой вопрос как факт. — Я Первая.

— Первая?

— У Лилит было семеро детей, маленькая. Я была первой.

— То есть, ты первая из фейри?

— Да.

В темноте что-то шевельнулось. Я сглотнула, уверенная, что если мельком увижу это существо, то сойду с ума.

— Когда я впервые увидела людей, — продолжала она, — они были примитивными, бездумными существами. У них имелась лишь одна эмоция, и я ею питалась.

— Одна эмоция?

— Страх.

Тени снова сместились, подвинувшись ближе, пока не появился тусклый свет.

Я посмотрела в её лицо. Моё лицо.

Это присутствие приняло мой образ, Кассандру — такую, какой она видела меня. Бледная, голубые глаза широко распахнуты, рот раскрыт в беззвучном крике. Кассандра, охваченная ужасом.

Я отпрянула, стукнувшись затылком о стену позади меня. Охваченная страхом Кассандра подошла ко мне, пульсируя ужасом.

— Даже ты это знаешь, маленькая. Самая древняя и могущественная эмоция — это страх. Он питает меня. Он питает моих сыновей и дочерей, включая тебя.

Я с трудом сглотнула. Это существо создало всю родословную Уила Брок.

— Ты когда-то заключила со мной соглашение, маленькая.

— Что-что я сделала?

— Ты прикоснулась к моему алтарю. Ты попросила меня о силе, и я дала её свободно, как дала её и твоему отцу.

— Ты имеешь в виду Лондонский Камень?

— Да. Камень. Когда-то люди почитали меня здесь. Они приносили в жертву себе подобных на Камне. Они перерезали шеи, опускали в воду черепа, дары ужаса. С годами они перестали приходить. Они построили свой город вокруг алтаря, забыв про их Камень, и всё же они по-прежнему питали меня своим ужасом.

— Камня больше нет, — прокаркала я.

Звук струящейся воды усилился.

— Да.

— Благие разрушили его.

— И ты заставишь их заплатить.

«О, супер. Мы с ужасающим древним духом хотим одного и того же». Я простёрла руки вперёд.

— Поэтому я и пришла сюда. Мне нужна сила Камня.

— У Камня нет силы, маленькая. Сила течёт от меня.

Я кивнула.

— Ладно. Тогда мне нужна твоя сила.

Последовала долгая безмолвная пауза.

— Тогда возьми её.

— Ладно. Только… как именно?

— Ты знаешь, что делать, маленькая. Ты знаешь, как втянуть силу в тебя.

Она права. Я делала это прежде, когда связывалась с Лондонским Камнем. Дрожащими пальцами я высвободила кинжал из-за ремня на своём поясе. Я схватилась за лезвие и дёрнула его вверх быстрым движением, вздрогнув, когда оно рассекло ладонь. Кровь потекла между моих пальцев.

Я протянула кровоточащую ладонь другой Кассандре, той, чьи глаза были широко распахнуты от ужаса. Она зеркально протянула мне свою руку, соприкоснувшись своей ладонью с моей.

Когда мы дотронулись друг до друга, крики бесчисленных душ заполнили мой разум в тысячу раз мощнее, чем от Лондонского Камня.