— Как долго, по-твоему, мы уже идём?

— Несколько часов. Дней, — его голос звучал далёким, усталым, сонным.

Я потёрла глаза, а когда я снова их открыла, Роан исчез.

— Роан!

Мой крик отразился эхом, исказившим мой голос, который с каждым отголоском звучал всё отчаяннее, угасая. Я резко развернулась, а потом заметила его широкоплечий силуэт впереди, в тумане. Я побежала, чтобы нагнать его.

— Роан, подожди, я не успеваю…

Как он шагал так быстро? Или это я шла слишком медленно? Ощущалось всё так, будто я бегу на месте. Роан скрылся, и туман теперь сделался густым как сливки. Трава опускалась вниз вместе с крутым склоном холма.

Где-то впереди я слышала голос. Мой собственный голос, зовущий: «Роан, подожди, я не успеваю!»

Я посмотрела на свой зеркальный браслет, и его блестящая поверхность полностью заволоклась туманом. Я потянулась к отражению, но ничего не почувствовала. Я поискала вокруг себя и не ощутила других отражений.

Моё сердце бешено стучало, и я побежала. Дыхание вырывалось из лёгких короткими паническими хрипами, пока я вслепую шарила в тумане. Поросший травой склон кренился вниз, загибаясь словно бесконечная улитка и уходя куда-то в землю.

«В ловушке».

Каким-то образом я знала, что позади меня что-то следовало по пятам и настигало меня. Тёмные тени, казалось, змеились вокруг меня. Пока я шла, вокруг раздавался звук крыльев, хлопающих по воздуху — низкое, размеренное биение. Огромная птица с пронзительным криком пронеслась над моей головой. Это был стервятник? Готовый пировать на моём трупе?

Посмотрев на свои руки, я увидела, что с пальцев капает кровь, и у меня возникло страннейшее чувство, будто я только что кого-то убила, но не помнила, кого…

Мой пульс бешено колотился. Мне надо пошевеливаться.

Но надо ли? Движение, похоже, никуда меня не приводило.

Я перестала идти, стараясь разглядеть что-то в тумане. Может, это место отвечало на мои эмоции, и чем тревожнее я становилась, тем темнее становилось моё окружение.

Я заставила себя дышать глубоко. Туманный воздух, сырой и прохладный, просачивался в мои лёгкие.

Это всё дурной сон. Сон наяву, наверное. Мне надо вернуть себе контроль.

Я повернулась в том направлении, откуда пришла, и начала спокойно подниматься вверх по склону холма. Буквально через двадцать шагов крутой холм превратился в ровную поверхность. Туман стал развеиваться, превратившись в лёгкие лавандовые и оранжевые тени на свету. Впереди два силуэта говорили друг с другом.

Тот, что выше, кричал:

— Где она? — голос Роана, резкий и яростный, пробрал меня до костей. — Если вы ей навредили…

— Я здесь, — крикнула я, делая свой голос спокойным и почти безразличным. — Фейри снов решили наградить меня кошмарами. Невелика беда.

— Мы просим прощения, — рассмеялся другой фейри, и его тон был приторно сладким. Туман всё ещё густо вился вокруг него, и я не видела его лица. — В конце концов, мы не могли упустить возможность и не попробовать вселить ужас в сердце Владычицы Ужаса.

— Вы меня подловили, — я скрестила руки на груди, подходя ближе. — Как минимум на несколько минут. Но такова особенность снов, верно? Они скоротечны. В итоге ты всегда просыпаешься.

— Да, — туман вокруг него развеялся, и моё дыхание застряло в горле.

Это был Габриэль.

Та же ослепительная улыбка, те же задумчивые ореховые глаза. Он был одет в свой свитер угольного цвета, который мне так нравился. Из его сердца потекла кровь, окрасившая свитер багряным пятном.