«Требуется давление всего в три килограмма, чтобы сломать подъязычную кость».

Рид успокаивал дыхание.

«Что бы ни потребовалось», – напомнил он себе.

И поднялся по лестнице.

На площадке перед дверью он как можно тише открыл рюкзак и вытащил оттуда одну из самодельных светошумовых гранат – спрей с приклееной сбоку ракетой. Он приложил ухо к двери. Из помещения звучал русский и вроде словенский языки (точно Рид сказать не мог). Периодически раздавался смех и ругань, когда кто то выигрывал или проигрывал партию.

Они были спокойны. Никто ничего не слышал и даже не подозревал.

Лоусон еще раз убедился в том, что в кармане куртки лежал швейцарский армейский нож наготове, а затем постучался.

Выбив косяк, он первым делом забросил гранату. Вся четверка вскочила на ноги, что то крича на своих языках и пытаясь переорать друг друга. Брошенная самодельная бомба повисла в воздухе. Мужчины прищурились от внезапной вспышки чистого, ослепительно белого света. Рид нырнул за угол, плотно закрыв глаза и прикрыв уши руками.

Как только балончик коснется стола, он тут же взорвется.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Взрыв был резким и впечатляющим, гораздо громче, чем выстрел дробовика. Оранжевый огненный шар потух уже через доли секунды, успев послать волну пылающей жары по всему помещению. Все четверо либо припали к полу сами, либо были вынуждены сделать это, стараясь прикрыть себя от импровизированной световой бомбы.

Рид завернул за угол и вошел в переделанную квартиру. Облако дыма расплылось по всей комнате. Взрыв разнес игральный стол пополам. Лысый парень, которого он видел через окно, покачивался на ногах. Тонкие струйки крови стекали из ушей. Он даже вряд ли заметил, что кто то вошел в квартиру, пока Рид не ударил его локтем по солнечному сплетению. Удар коленом в лоб заставил его потерять сознание.

Рид, держа в руках украденный револьвер, осмотрел комнату. Араб неподвижно лежал на полу. Третий парень отчаянно пытался достать пистолет из кобуры, но был дезориентирован. Его глаза были налиты кровью. Лицо блестело алой жидкости, а брови исчезли. Видимо, волна попала ему прямо в лицо.

Он все же достал оружие, но тут же выронил его из дрожащей руки. Он пошатнулся. Рид пнул его в бедро и парень скрючился на полу. Он проверил шею. Никаких меток. Затем он осмотрел двоих человек, потерявших сознание. Тоже пусто.

Был и четвертый. Он точно видел в окне четверых. Рид быстро направился в дальнюю часть квартиры, подняв пистолет сразу, как только добрался до грязных стен из гипсокартона. На полу находились два матраца и выключенная настольная лампа. Людей внутри не было. За закрытой дверью слева раздался грохот. Рид открыл ее. Там была грязная, пропахшая плесенью с примесью соженных волос ванная.

Четвертый мужчина распахнул окно и пытался вылезти через него, но проем был едва больше фута в ширину. Он пролез уже около трети, вытащив голову и руки на улицу, но живот все еще висел над ванной, а ноги бесполезно болтались в воздухе.

Рид схватил его за пояс и дернул обратно в помещение. Тот упал в пожелтевшую от времени и качества воды ванную. У парня был сильный ожог левой стороны лица и выжженная борода.

Он с ненавистью взглянул на Рида. В этот момент ему удалось четко разглядеть метку, символ Амона, резко выделявшийся на ярко красной коже мужчины.

– Амон, – произнес Рид.

В глазах соперника мелькнул страх. Этот парень знал, с кем имеет дело.

– Зеро, – пробормотал он.

Рид щелкнул пистолетом в руке и резко ударил мужчину по голове. Тот свалился в ванную, потеряв сознание.

Рид поспешил обратно в гостиную. Единственный уцелевший медленно полз к двери. Лоусон схватил его за лодыжку и затащил обратно в комнату. Послышался визг и ругательства на русском языке.