Сундучок был пуст. Почти. Аня вынула с его дна тонюсенькую цепочку с махоньким медальоном и, приблизив его к свечному огню, сумела отщёлкнуть крышку.

  Какая хорошенькая…   невольно прошептала она, любуясь глазастым личиком улыбающейся девушки в светлых кудряшках, в шляпке с лентами.

Ладно ещё – стояла Аня в шаге от сундука! Крышка внезапно резко хлопнула, чуть не задев руку. Пламя свечи испуганно дёрнулось, но удержалось, и в его свете немного испугавшаяся Аня разглядела взвившуюся в темноте пыль, а потом… Потом ей почудилось, что она услышала шелестящий смех, постепенно затихающий, будто кто то, слегка приподняв юбки пышного платья, летяще убегал по мансарде к лестнице в кабинет.

  Ну и фантазии у меня…   прошептала Аня, а потом, пожав плечами, положила цепочку с закрытым медальоном на вершинку сундучной крышки. Чужого ей не надо. А вот те сокровища, которые могут ей принести деньги для семьи, ох, как нужны!.. И, что бы там ни случилось, она решила никому не рассказывать о домашней сокровищнице.

… Через полчаса она спустилась в мастерскую с корзиной, полной набивочного материала и тканей, которые первыми пойдут на переработку для кукол Тильда. Ещё через несколько часов она так устала, что уснула прямо в кресле, где её и нашла Кристал.

  Агни! – ахнула она с порога и бросилась к полке, которая уже давно пустовала, а сейчас на ней сидели две куклы, которые оставалось только одеть. – Ты?! Это ты за ночь сшила?! Агни! Ты сидела ночью?! Какие хорошенькие!

  На завтраке,   не совсем внятно сказала Аня. Почему то после обретения тайной (а она уверилась, что о мансарде никто не знает) мансардной сокровищницы она чувствовала себя ещё более решительной, чем ранее.

И во время завтрака, который специально приготовила пораньше, она, выждав, когда все – удивлённые, но послушные, съели всего лишь пустую кашу, жёстко сказала:

  Так, слушаем, дамы и господа. У нас проблема. И я не хочу её нести в одиночку. У нас есть деньги. Но эти деньги мне придётся сегодня отдать Никасу, потому что вчерашние продукты съели наши гости. Будем реалистами. По сути, Никасу на мясо и другие продукты я отдаю сегодня так и не купленные платья для Кристал и Оноры. Я отдаю Никасу деньги, на которые мы могли бы купить сменные вещи и обувь для мальчиков и для самого Никаса. Те продукты, которые были закуплены ранее, я хотела использовать в течение двух недель. Они ушли менее чем за неделю. И теперь у меня вопрос: что делать? Нет, я могу, конечно, сидеть ночами и продолжать шить кукол, благо они всё ещё востребованы...

  Почему ночами? – робко спросила Онора.

  Потому что днём приезжают гости, которые нуждаются во внимании хозяйки, а потом сидят у нас до вечера,   отрезала Аня. – Итак, я могу сидеть только ночами. Но вот тот мой вопрос: деньги я дам Никасу, чтобы он купил продукты на две недели же. А на сколько дней их хватит, притом что гости продолжают к нам ездить едва ли не каждый день? Кристал считает, что я не люблю гостей. Она ошибается. Я люблю гостей. Но кто такие гости? Это люди, которые приезжают по праздникам. Или я не права? Но как назвать гостей, которые приезжают каждый день?   

Никас задумчиво и неприлично ткнулся подбородком в кулаки – поставив локти на стол. Онора с тревогой смотрела на Аню. А та задала последний вопрос:

  Скоро осень. Зима. Мы готовы встретить холодное время года? У всех ли, не считая меня, есть тёплые вещи? Так вот. Скажите мне, пожалуйста: что делать? Как жить дальше, если к нам будут ездить каждодневные гости? Пока я вижу только одно: ночами я шью кукол только для того, чтобы кормить наших гостей! Даже не нас самих, если вы вспомните, что вы сегодня ели со своих тарелок.