Странно. Такое она впервые слышит. После поставленной магической защиты сигналы подразделялись на гостевые и семейные. Их Аня быстро запомнила… Сестра дина Хармона больше не являлась, так что диссонирующего сигнала Аня давно не слышала. Но что то в сегодняшнем сигнале было… подозрительное. Он не был похож на привычные два. Какой то суховатый и строгий. И властный.

Благо по дому сейчас никто не гулял чужой, можно себе позволить вести себя… несколько… ну, скажем, не вполне подобающе солидной хозяйке солидного дома.

Аня опрометью пересекла гостиную и выскочила на улицу. Здесь и пышные кусты позволяли пробежать дорогу к воротам до поворота, и только после этого поворота пойти по хозяйски размеренным шагом.

И чем ближе подходила, тем тревожней становилось. Даже издалека она видела, что за решётками ворот стоят люди в форме. Кажется, полицейские? Пару раз она выезжала в город, на рынок, с Никасом, и видела таких представителей охраны порядка. Но почему они приехали сюда? Что случилось?! С каждым шагом Аня внутренне холодела: а если что то случилось с братьями?! К воротам она уже добежала, и, видимо, на её лице было такое беспокойство, что высокий мужчина, стоявший между двумя другими, сразу спросил:

  Вы хозяйка дома? Дайна Агни?

  Да, я. Что случилось? – не подходя к воротам двух шагов, как учили её правительственные маги, ставившие защиту, спросила она.

  Вы не имеете права ставить такую защиту на ворота вокруг дома!

Аня аж рот открыла. Что о?! А мужчина в форме чуть занудно продолжил:

  Горожане нашего города не имеют права ставить максимальную магическую защиту вокруг дома, не согласовав её с магистратом.

От растерянности и ошарашивающей ситуации Аня и ляпнула:

  Так я и не ставила!

Высокий мужчина внимательно посмотрел на неё и спокойно спросил:

  А кто ставил?

  Правительство,   уже сориентировавшись в претензии полицейских и опуская напряжённо приподнятые плечи, ответила Аня. – По закону о защите семей, среди членов которой имеется маг с необычным магическим даром, востребованным в государстве.

Мужчины переглянулись и снова уставились на Аню. Немного помолчав, первый недовольно сказал:

  Вам надо было сообщить в магистрат об изменениях в вашем положении и статусе. Тогда у города не было бы к вам неоправданных претензий.

  Мой брат работает в суде. Возможно, он просто забыл об этом,   уже пришедшая в себя, сказала Аня. – Я напомню ему о необходимости изменить наш статус. Это всё?

Но вместо ожидаемого подтверждения и официальных извинений она услышала:

  Нет. Существует ещё одна претензия города. Среди обитателей вашего дома есть девушка сирота, которая не относится к вашему семейству и которая до полного своего совершеннолетия должна находиться в приюте для осиротевших детей магов. Вы должны немедленно выдать нам эту девушку, чтобы мы могли сопроводить её в приют, где и оформить её официальное присутствие в этом заведении. И побыстрей, пожалуйста.

Аня в сердцах едва не выпалила: «Полное совершеннолетие?! Это каким же должен быть возраст, если Оноре около двадцати?!»

Удержалась, но с языка снова рвалось – уже иное и очень язвительное: «А что? Государству выгодней самому кормить сироту, тратить на неё деньги, чем приветствовать её содержание в семье, которая от того же государства ничего взамен не требует?!» Но опять успела закрыть рот, сообразив, что полицейские пришли не с бухты барахты: ищи того, кому выгодно!

Уже пристально глядя на полицейского, она твёрдо сказала:

  Девушка является моей помощницей, правда официально не зарегистрированной.