Я знаю,   прошептала девушка, и её глаза внезапно наполнились слезами. – Агни, я так тебе благодарна… Помнишь, когда я попросила деньги на дорогие ингредиенты? А ты немедленно откликнулась? Я так перетрусила, прежде чем к тебе подходить. Я же знаю, как у нас тяжело с деньгами. А ты… Ты сразу согласилась. А я… Я так долго плакала, прежде чем подойти… Да, этот дом мог бы быть и моим, но без нашей семьи я бы пропала. Зачем он мне – без вас? Я никогда, Агни… Никогда…

  Не плачь, Онора,   вздохнула Аня. – Вечером Никас из за тебя со мной ругаться будет, что довела до слёз.

  Но я же сама…   жалобно сказала Онора, вытирая слёзы.

  Вы почему здесь стоите? – выскочила из коридора Кристал. – Онора! Я тебя жду, жду! А ты не приходишь! Ой…   увидела девочка мокрое лицо Оноры.

Но девушка уже улыбнулась ей и побежала навстречу. Аня в очередной раз вздохнула и пошла к лестнице. Кроме того что забрать посуду у дайны Эннис, ещё надо разбудить и привести в столовую залу Лиссу.

Правда, когда проходила мимо комнаты Лиссы, пришлось остановиться: дверь была полуоткрыта. Удивлённая Аня заглянула внутрь. Ни малышки, ни собак. Пожав плечами: может, не заметили, как она спустилась? И заторопилась к комнате дайны Эннис. Здесь дверь была закрыта, но неплотно. Аня шагнула к ней и только взялась за дверную ручку, как замерла.

  … А ты теперь будешь нашей девочкой? – звонко спросила Лисса.

Судя по странному вопросу, малышка уже давно сидела в этой комнате. Интересный же здесь происходил разговор, если Лисса задаёт такие вопросы.

  А что я получу, если буду вашей… девочкой? – сварливо спросила дайна Эннис, и Аня прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Ей и в этом случае надо что то получить!

  Агни может сшить тебе куклу! Как у меня. А ты знаешь, как назвала свою куклу Онора? Она тоже большая девочка, но когда кукол продавали, она так не хотела, чтобы её куклу забрали, что кукла стала её собственной!

  И как? Как она назвала её?

  Миленькая! – объявила Лисса.

Аня чуть сдвинула дверь и в появившуюся прореху увидела, что малышка сидит на полу, перед кроватью дайны Эннис – так, чтобы та, полулёжа, видела её. Щенок дрых на краю постели, и дайна Эннис рассеянно поглаживала его. Собака лежала, привалившись к Лиссе, на коленях которой лежала её личная кукла.

  И что? – скептически, будто у взрослой, спросила дайна Эннис. – Кукла очень дорогая? Поэтому это так надо, чтобы у меня тоже появилась кукла?

  Они разговаривают,   важно объяснила Лисса непонятливой тётеньке. – Мы с куклами Кристал и Оноры много раз встречались, и они разговаривали про балы, про платья, а ещё про всякие сплетни из высшего света.

Аня аж сжалась: вот не испортила бы дайна Эннис Лиссе удовольствие – игру с куклами. Ляпнет ещё что нибудь, что всё это глупости, что куклы говорить не умеют… Но дайна Эннис промолчала, и, выдохнув, Аня решила считать, что она устала для дальнейших вредностей.

Стукнув в дверь, она вошла, не дожидаясь приглашения.

  Лисса, марш в ванную комнату,   велела она. – Тебе пора завтракать. И ты мешаешь дайне Эннис. Она уже устала. Ей надо отдыхать.

Зажав свою Тили под мышкой, Лисса стащила с кровати щенка и, позвав Нейнси, выбежала из комнаты. А Аня подошла к кровати дайны Эннис и принялась собирать посуду на поднос. Поглядывая на «больную», расслабленно, словно отдыхая, лёгшую на подушки, спросила:

  Лисса сильно вам докучала?

  Нет.

  Если так будет, скажите мне. Я запрещу ей появляться у вас.

Дайна Эннис что то промычала. Кажется, утвердительное.