Теперь, когда не надо смотреть за Лиссой, времени у нас много! Успеем столько всего сделать! Не буду обещать, что кукла будет готова к вечеру, но, надеюсь, долго с ней возиться не буду. Пойдём провожать братьев и Лиссу?

  Пойдём! А ты мне такую сумочку на лямках сошьёшь?

  Сошью!

  Такая тоже есть в журналах?

  Нет, эту я сама придумала,   соврала Аня. – Там есть кое какие схемы всяких сумочек, но они слишком сложные для меня. Но допридумать что то, что похоже, хоть чуть чуть отличается, нетрудно.

Они проводили братьев с младшенькой до ворот и вернулись в дом.

День пошёл по накатанной: помощь в умывании неподвижной Оноре (Кристал уже знала о ней) и её кормление: главное – в рот впихнуть по чуть чуть, а женщина уж сглатывала (кстати, ей, как сначала Ане почудилось, явно столько же лет, сколько самой Ане, если та даже не младше). Затем совместные полив и прополка огорода, потом кухня, где драили посуду в четыре руки. Затем Аня послала Кристал в комнаты братьев, чтобы та перебрала их одежду и принесла в комнату старшей сестры всё, что нуждается в починке, – взгляд Никаса, надеялась Аня, она поняла правильно: мол, занимается чем ни попадя, а в доме для работающих мужчин приличной одежды не осталось. А уж сама Аня в это время быстро приготовила всё, что будет необходимо для ремонта одежды…

Игла так и летала клевала вещи, приносимые Кристал. В конце концов, девочка, глядя на целеустремлённую работу старшей сестры, тоже заинтересовалась ручным шитьём. Скорей всего – решила Аня, сестрёнка просто сообразила: чем быстрей закончит старшая сестра с ремонтом одежды, тем быстрей примется за вожделенную куклу. Через пару законченных вещичек Кристал запомнила основные ручные швы для восстановления порванной одежды. И в первую очередь «дамы» занялись починкой летней одежды братьев, решив остальное чинить по мере наступления иных времён года. В давно найденной рабочей шкатулке Агни нашлось много чего. Судя по некоторых обмолвкам Кристал, сестра после смерти мужа пыталась увлечься вышиванием, а потому накупила, пока были деньги, всё, что помогало бы ей в рукоделии. Отсюда в большой шкатулке и многочисленные шпульки разноцветных ниток, и наборы игл и крючков, и даже ножницы в трёх экземплярах – от самых маленьких до больших швейных, и другие мелочи, считая напёрсток и прочее…

Аня, как всегда внимательно и даже напряжённо слушавшая Кристал, не позволяла беседе за мелкой починкой затихнуть. Ловко, сама удивившись этому, перевела вроде никчёмный разговор на Онору – так, упомянув, что и ей скоро понадобится одежда…

  Не только одежда,   ответила девочка. – Надо будет выделить ей комнату. Хотя комната уже есть, только надо её удобней обустроить.

  Она будет жить у нас? – поразилась Аня и тут же испугалась: а вдруг задала вопрос, который не должна задавать Агни?

  Всё зависит от тебя! – тоже удивилась Кристал. – Ты же сначала не хотела её даже пускать в дом! Ещё бы! Она незаконная дочь твоего мужа! Забыла? Если бы ты не заболела от колдовской отравы, ты даже не поговорила бы с ней!

  Значит, это я её пригласила всё таки? – медленно уточнила Аня.

  Нет, не ты. Ты уже лежала в постели, потому что встать не могла. И Никас привёл Онору к тебе. И тогда ты сказала, чтобы он нашёл ей комнату, потому что она старалась тебя вылечить и даже начала готовить ритуал для снятия проклятия, и тебе стало стыдно, что ты её даже не допускала к себе, и тогда…

  Подожди ка немножко,   попросила Аня.

Бедная голова начинала побаливать от новых открытий. Ведь Аня решила, что Онора – местная жительница, мастер по магии (или как там это называется?), который промышляет тем, что уничтожает действие, созданное чужим заклинанием – или, как Кристал говорит, колдовской отравой.