В гостиной первого этажа Лисса вырвала таки ладошку из рук Ани и бросилась к ближайшему креслу. В нём сидела её кукла Тили, добродушно «посматривая» на вошедших. Когда старшие подошли ближе, Кристал вздохнула и тоже подошла к креслу, села перед ним на корточки, улыбаясь:

  А я свою Астор в комнате оставила.

Аня усмехнулась и посетовала:

  Бедные ваши куклы! Всегда в одном и том же. Скоро одёжка на них загрязнится – и вам же с ними играть не захочется.

  Но я не знаю, что делать! – жалобно возмутилась Кристал.   Шить я не умею – только сшивать. Агни,   с любопытством заглянула девочка в лицо старшей сестры,   а ты что то ещё придумала для нас?

  Ну… Лисса ещё мала, но ты… Давай ка, Кристал, научу я тебя вязать – крючком и спицами. А то в моей рабочей шкатулке и нитки есть, и чем вязать – и всё зря лежит. До осени ты успеешь связать для своей Астор зимний гардероб. А там, глядишь, и Лиссе захочется рукодельничать.

Они не спеша поднялись на второй этаж, и в комнате Ани Кристал сразу бросилась к большой шкатулке. Аня усадила девочку за столик, сама встала за спиной и склонилась так, чтобы та видела, как двигаются пальцы, набирая цепочку крючком… Машинально работая крючком, Аня прикусила губу: цепочка. Цепочка с медальоном. Причём Таеган всегда делает так, чтобы Аня обязательно прикоснулась к медальону. Зачем? Может, все эти мысли, что его медальон как то влияет на неё, на Аню, – несусветная глупость? Ведь Таеган больше не маг. А что… если…

  Кристал, а дядя дина Таегана – маг?

  И очень сильный,   подтвердила девочка, напряжённо ковыряя крючком в цепочке петель, чтобы ухватить за нижнюю и вытянуть первый столбик.

Ну вот… Ещё одна загадка: как действует медальон Таегана? На что? И с какой целью? Если Таеган хочет, чтобы она приходила на свидания по ночам (при воспоминании о последнем свидании Аню мгновенно бросило в жар: как он целуется!), то она вроде и так приходит… даже прибегает! – с большой охотой, с огромным желанием увидеть его немедленно! Тем более время свиданий неумолимо сокращается – и вот вот настанет ночь, которой Аня заранее страшно боится… Ночь, когда она прибежит к нему, а Таегана не будет… Когда мостки будут пустыми – и Таеган не будет подхватывать её, бегущую к нему, как на последнем свидании, чтобы прижать к себе крепко крепко, а потом брести к полюбившимся мосткам, чтобы там всласть нацеловаться…

Аня слабо улыбнулась: как подростки! Честное слово! Хотя обоим под тридцать…

Улыбка вновь слетела с губ, едва только она подумала… нет, даже увидела в воображении: на мостках она одна, а озеро – громадное и пустое, ровное и молчаливое, и где то там, в доме своего дяди, сидит замолкший навеки Таеган.

В чём то она его понимала. По его рассказам, хотя чисто о себе он говорил мало, у неё создалось впечатление, что он человек, чья главная черта характера – упрямство и даже перфекционизм, когда он ждёт от жизни – всё или ничего. А потому он сначала добьётся того положения или состояния, когда речь вернётся полностью, и лишь тогда «присоединится» к обществу.

Аня удержалась от горестного вздоха: жаль, что он такой принципиальный. Жаль, что он только влюблён, но не любит!.. Она удержала таки непрошеные слёзы, вернула искривлённые в плаче губы в состояние внешнего покоя. И, вспомнив, о чём шла речь, и стараясь ярко выразить свой скептицизм, сказала:

  Сильный то дядя у него сильный, а племяннику помочь не может.

  У него другая специализация,   не оборачиваясь, пробормотала Кристал, склонив голову над вязаньем.