После того как аромат чая раскрылся, чашки поплыли к нам. Я с благодарностью пригубила горячий напиток, когда мы удобно устроились за большим обеденным столом.

– Ну и как тебе в академии Рейвенхолл? – непринужденно спросила Амелия, добавляя в чай кусочек сахара.

Я на мгновение задумалась. Академия стала для меня вторым домом, хотя поначалу мне казалось, что это невозможно.

– Я только-только прижилась, ну, пока не… – Я осеклась и поспешно сделала еще один глоток чая.

– Пока не узнала, что отправляешься с визитом к какой-то ведьме в Ирландию. – Амелия вздохнула, и на ее губах заиграла понимающая улыбка.

– Тебе понравится у Амелии, – подбодрила меня бабушка.

– Кроме того, завтра мы начнем тренировки. Каждый минувший день – это потерянный день, а тебе наверняка хочется поскорее вернуться в академию, – добавила Амелия, обращаясь ко мне.

– Лилли пролежала в лазарете несколько недель. Возможно, ее магия еще не восстановилась, – выразила свои опасения бабушка.

– Любая магия только и ждет, когда ее используют, Шарлотта.

– И как будет выглядеть обучение? – вмешалась я.

– Во-первых, мы будем тренировать твои магические навыки, ты научишься направлять силу через свой амулет. А во-вторых, я покажу тебе, как толковать ауры, если ты этого хочешь. – Она подмигнула мне.

Я кивнула в знак согласия. У меня не выходило из головы странное ощущение от ауры Криса, и если бы я поняла, как интерпретировать подобные видения, то, возможно, разобралась бы, что меня так в нем беспокоило.

– Твоя бабушка была одаренной аурной ведьмой. Жаль, что она предпочла посвятить себя травничеству, – продолжила Амелия.

Бабушка сделала большой глоток из своей чашки и взяла печенье. Я тоже откусила кусочек вкусного скона с джемом.

– Амелия, мы обсуждаем это уже много лет подряд. Это моя мама хотела, чтобы я училась интерпретации ауры, – ответила бабушка.

Я нахмурилась:

– Почему прабабушка хотела, чтобы ты училась этому?

Мать моей бабушки умерла вскоре после моего рождения, и я совсем ее не помнила. Единственное воспоминание – фотография, которую мама поставила на камин в нашей гостиной.

– Твоя прабабушка тоже была могущественной ведьмой, которая родилась в полнолуние в Вальпургиеву ночь.

– Значит, она тоже умела читать ауры? – Я особо не разбиралась в предках ведьм рода Кэмпбелл.

– Безусловно. Она считалась одной из самых могущественных ведьм своего времени.

Амелия откинула волосы за плечо:

– И суровой старухой без чувства юмора.

Бабушка громко рассмеялась, испугав Бисквита, который тут же зашипел. Они с Миссис Черникой устроились на просторном подоконнике и нежились в лучах солнца. А пока Бисквит дремал, моя собака попеременно наблюдала то за совой Амелии, то за бабушкиной сумочкой.

– У моей мамы были свои причуды, этого нельзя отрицать.

Я невольно вспомнила о своей маме. Что было бы, если бы я с рождения знала о существовании магии?

– Что ж, мне пора, – вскоре объявила бабушка и указала на улицу за окном. – Скоро наступят сумерки.

– Ты уходишь? – недоуменно спросила я.

Без понятия, почему я предполагала, что бабушка останется здесь, в Раткрогане, со мной, однако сейчас осознание этого обрушилось на меня, как удар под дых.

Бабушка кивнула:

– Меня ждут обратно в академии послезавтра. За это время мне еще предстоит нанести визит Совету фей и попросить их о помощи. События Вальпургиевой ночи касаются не только ведьм.