- Узнаешь? - спросил бармен. - Их всего десять штук было и ни один не продан.

- Как тебя зовут? - спросил Магомет, вешая трубку.

- Галя, - испуганно ответила девочка.

4

Колычев о чем-то долго беседовал с режиссером, оба возбужденно размахивали руками. Потом Клеточкин ушел, а Алексей направился к Карине, одиноко ходившей по застекленному вестибюлю.

- Все в порядке, - весело, даже игриво сказал он. - Ты пока поезжай домой и приготовь что-нибудь вкусненькое.

- Зачем? - удивилась она.

- Потому что я пригласил его к тебе в гости.

- Кого? - не поняла Карина.

- Колю Клеточкина. Должен же он взглянуть на свою дочь. Я ему сказал.

Пожалуй, его забавляло то, что он говорил. Но Карина восприняла эти слова совсем иначе. Она смотрела на Алексея столь ошарашено, что тот засмеялся.

- Пустяки, чего ты волнуешься? Это самый удобный способ поговорить с ним серьезно. Сейчас он размяк и отправился выпить. И ещё не вполне соображает, что случилось. Радоваться ему или огорчаться? Я бы на его месте тоже напился.

- Ты идиот, - наконец проговорила Карина. - Для чего ты все это затеял?

- Чтобы спасти фильм. И сценарий, - усмехнулся он. - И потом, ты ведь не уверена, что именно он является отцом Гали? Так чего же беспокоиться? Скажешь, в конце концов, что никто не собирается подсовывать ему взрослую дочь. Тем более чужую. Что я пошутил или действительно идиот. Можешь говорить что угодно. Главное - убрать его отсюда, пока он не наломал дров. А я приеду чуть позже и вправлю ему мозги на место.

- Ты, мой милый, достойный правнук Бергера, - сказала Карина.

- Просто я быстро соображаю и принимаю конкретные решения. Поезжай домой. Он ввалится к тебе через час-два. Думаю, к этому времени не успеет наклюкаться. Впрочем, я его сам довезу до багажного отделения.

- А что я скажу мужу? - в раздумье спросила Карина, начиная принимать этот план.

- Да нет у тебя никакого мужа! - махнул рукой Колычев. - Что-то за всю ночь ни разу не заглянул в комнату. Хорошо бы дочка оказалась на месте. Хотя можно обойтись и фотографией.

- Все-таки ты свинья! - Карина пробовала оттолкнуть его, но он все равно поцеловал в губы.

- Иди. Вино мы сами купим.

Подождав, пока она выйдет из вестибюля, Колычев отправился на поиски Клеточкина. Нашел он его в баре киностудии. Перед режиссером стояло несколько пустых бокалов, но на подходе были полные. В бар заглянул Ермилов, взял минеральную воду, покачал головой.

- Иди ты в жопу! - сказал Клеточкин. - Что, язва замучила?

- Я с вами не хочу разговаривать, - ответил продюсер и, гордо вздернув подбородок, удалился.

- Ты чего-то совсем в разнос пошел. - Колычев присел рядом с Николаем.

- Она уехала?

- Не знаю, чего она хочет, но будет ждать. Ты через час ещё будешь держаться на ногах?

- Конечно. Но машину поведешь ты.

Клеточкин бросил на стойку ключи. Алексей убрал их в карман.

- Знаешь, что я решил? Продолжать снимать этот фильм! - сказал Николай, замотав головой, как бык на привязи.

- Конечно, - согласился Алексей.

- На другой студии, - добавил режиссер. - Это наш сценарий, и Ермилов не может им пользоваться. Даже в туалете.

- В туалете сгодится любая бумага, - заметил Колычев. - Не обольщайся.

- Чтобы они продолжали съемки с другим - нужны две наши подписи. Клеточкин заметно пьянел.

- И они ни одной не получат, - подсказал Колычев. - Не бери в голову. Ты разве не рад, что у тебя появилась дочь?

Режиссер залпом выпил бокал и сердито уставился на Алексея.

- Чего ты все лезешь не в свои дела? - спросил он, наливаясь краской. - Рад - не рад, что это вообще меняет? У них - семья, а у меня её нет, хотя и женат, и у тебя - нет и не будет.