Теперь все решало время. Я не строил иллюзий, что стражник на стене не услышит шума. Посему, начал подниматься по тросику, не скрываясь и перебирая руками со всей возможной скоростью. Сейчас нужно просто-напросто опередить часового. Ему требовалось пройти по стене сотню шагов. Мне же до гребня по прямой вверх десять метров. Кто кого.

Часовой оказался неторопливым кулемой. Я перемахнул гребень первый. Еще в воздухе пришлось увернулся от суматошного удара копьем и с ходу, в длинном прыжке, достать ногой в висок ничего неуспевшего понять стражника. Убить не убил, но вырубил качественно и надолго. Вдобавок сумел удачно подхватить выпавшее копье, а тело, мягко упавшее набок, лишь чуть звякнуло, зацепив за камень оголовьем меча. Очень хорошо. Расстегнув стражнику ремень, в ускоренном темпе стянул бедолаге ноги и руки сзади за спиной. После чего зашпаклевал рот клочком его же рубахи. Второй клочок приберег для особого случая. Затем отложил в сторонку все, чем солдатик мог зазвенеть, когда очухается.

Теперь от пленного можно ждать лишь сдавленное мычание и глухие удары головой о бортик стены. А чтобы расслышать эти звуки, требуется специально прислушиваться. Да и биться головой о камень - не всякий служака пойдет на такое самопожертвование. Тем более, с весьма проблематичным положительным конечным результатом.

Так что можно считать один по всей форме готов и упакован. Теперь остались еще двое. Я пристроил свой мешок с ластами и трубкой в темной нише, трансформировал кошку обратно в крюк, подтянул лямки рюкзака на спине и черной бесформенной тенью заскользил по стене. Следующим по списку был часовой в башне над входными воротами.

Чтобы его вычислить и обезвредить, я поднялся на ближайшую башню и постарался разглядеть местоположение бойца. Здесь мне оказал помощь факел. Он освещал площадку перед воротами. Его отблески и позволили разглядеть темную тень в углу. Очень хорошо. Прежде чем покинуть площадку башни, дополнительно обмотал заготовленным клочком рубахи режущую кромку крючка. Мне не нужны трупы и я предполагал использовать свой любимый инструмент, как мягкий кистень на длинной веревочке.

Затем ссыпался по лестнице башни вниз на стену и, скрываясь в темноте, побежал к своей следующей жертве. Заскочив в башню, подготовил крюк для броска. Однако, подняться на цыпочках по скрипучей лестнице оказалось проблемой. К счастью времени у меня было вагон и маленькая тележка, так что минут двадцать на преодоление десятка метров я вполне мог себе позволить. Наконец добрался до люка и, высунувшись в отверстие, махнул рукой.

Как следствие, впечатал обмотанную портянками железяку в точку чуть ниже ушной раковины часового. Откат нормальный. Дальше последовала стандартная процедура пеленания пленного. Второй готов.

Последнего, третьего на стенах, уложил без всяких изысков - броском метров на пятнадцать из темноты в спину, вмазав крючком по затылку. Падение оглушенного получилось довольно шумным, но услышать металлический дребезг уже никто не мог.

Теперь осталась казарма и можно возвращаться.

Спустившись со стены и легкой тенью перебежав через двор к кантине, проскользнул через дверь в общий узкий и вытянутый зал. Здесь постоял с минуту и постарался четко зафиксировать семерых недобитков. Они спали на нарах, как и в любой казарме, от прохода влево право вдоль стен. Причем, помещение оказалось рассчитанным на сорок человек, но на мое счастье все семеро почивали рядышком с друг другом, но по обе стороны от прохода.

Отпустив крючок на веревочке сантиметров на семьдесят, я раскрутил его колесом и пошел по проходу, раздавая подарочки с наклонами влево право. Все, кроме последнего, получили по маковке и выпали в осадок сразу. Последний, вскинулся и заорал со сна. Но голосил не долго, потому как схлопотал крючком между глаз, булькнул и затих.