— Это что?

— Астральное тело, — пояснила она. — Лао может соединить, я точно знаю.

— Сумасшедший дом! — Строггорн резким движение поставил третий пси-вход на место. Этель едва не вскрикнула — так всем показалось.

— Теперь отойди. — Лао неторопливо подошел к телу Этель. — Только закрой мозг.

Голова Этель закрылась, не было никаких следов операции.

— Что ты хочешь делать? — Строггорн непонимающе глядел на Лао.

— Совмещать. Тебе же объяснили. — Лао кивнул на пантеру. — Иди сюда. Он посмотрел на призрак, и от этого жесткого приказа и леденящего взгляда даже Строггорну стало не по себе. Никогда он не видел Лао таким. Строггорн вспомнил, что Лао обладал врожденной способностью распоряжаться в своем втором мире — Многомерности. Призрак послушно подошел и лег на операционный стол, перекрываясь с телом Этель. Строггорн понял, что Лао делает что-то еще, потому что тело Этель вдруг несколько раз дернулось и она открыла глаза. Призрак растаял и сейчас на столе лежало только ее тело.

— Этель, сейчас ты будешь спать, — сказал Лао, и она послушно закрыла глаза. — Сколько встраиваются эти входы?

— Трое суток.

— Хорошо, будем ждать. — Лао вышел из-под купола, и они с пантерой снова занялись кофе, обсуждая какую-то сложную философскую проблему души и тела. Строггорн, ничему не удивляясь, присоединился к ним, уже начиная понимать, что произошло.

— Где вы ее нашли? — уточнил Лао у пантеры, допивавшей кофе.

— На обрыве. Она уже собиралась ускакать на огромном мустанге. Мне бы не догнать их. — Она укоризненно покачала головой. — Зачем вы так затянули ее оживление? Еще пару суток — и полный конец, хоть оперируй, хоть нет… У него будет дочь, — неожиданно добавила пантера. Строггорн вздрогнул.

— Это вряд ли. — Лао протянул руку за чашкой. — Он слишком стар и не женат.

— Все равно.

— Можно подумать, что меня здесь нет, — обиделся Строггорн.

— Все, — Лао встал. — Трое суток прошло.

— Как? — удивился Строггорн.

— Мы же в Многомерности. Я немного ускорил время, надоело здесь торчать. Скучно, хоть вы и развлекли меня. — Он погладил пантеру по голове, и она, совсем как кошка, потерлась о его ноги.

— Мне кажется, Лао, сейчас я узнал о тебе больше, чем за все эти годы!

— Я не люблю общаться с тобой, Строггорн. Не могу простить пси-удар, сознался Лао. — Пойдем. Нужно возвращаться. Нельзя допустить, чтобы Этель очнулась здесь. Сойдет с ума, и никакое лечение не поможет.

Они вошли под купол, и Лао неторопливо отключил аппаратуру. Этель ровно дышала, ее веки слегка подрагивали в такт вздоху. Лао взял ее на руки и понес. Пантера давно исчезла, не попрощавшись. Они вышли из зала, который сразу же погрузился в темноту и перестал существовать, но им не пришло в голову обернуться, чтобы увидеть это. Первое правило перемещения в Многомерности гласило: «Никогда не оборачивайся. Можешь никогда не вернуться назад».

— Строггорн, что с Этель? — Диггиррен был привязан к операционному столу. Строггорн вошел внутрь купола и посмотрел прямо ему в глаза.

— Все хорошо, Диггиррен. Она жива.

— НЕТ! Я не убивал ее! — Диггиррен забился в истерике, и Строггорну с большим трудом удалось ввести обезболивающее. Уже две недели каждый день он повторял Диггиррену, что Этель жива, но мозг того сопротивлялся и никак не хотел воспринять эту информацию.