После чего охоту отменили и устроили обед на свежем воздухе, на травянистом лугу за крепостным рвом. Слуги Джованни приготовили самую вкусную еду, какую мне доводилось пробовать с отъезда из Рима. Бьянка, старшая дочь Катерины, уже была благополучно выдана замуж за Асторре Манфреди, правителя Фаэнцы. Пятнадцатилетний Оттавиано и четырнадцатилетний Цезарь принесли тупые мечи, чтобы показать свои боевые умения, двенадцатилетний Джованни Ливио вызвал гостя и его слуг на соревнование по бегу. Сер Джованни мудро позволил своему маленькому тезке выиграть почти все забеги. Джованни Ливио, самый живой и эмоциональный из братьев, отпраздновал победу, прыгнув в мутный крепостной ров и проплыв по всей его длине. Мать сердито отчитала сына, после чего мокрого с головы до ног мальчишку вытащили из воды и завернули в плащ.

Несколько человек из свиты сера Джованни на время исчезли и вернулись с подарками для мальчиков. Золотая пряжка для ремня в виде геральдической лилии досталась Оттавиано.

— Я слышал, мать скоро отправляет тебя во Флоренцию на военную службу, — сказал ему Медичи.

Такая же пряжка, но в форме стилизованного дуба, символа рода Риарио, была вручена Цезарю. Джованни Ливио получил в подарок красивую резную флейту, из которой до конца дня извлекал отвратительные звуки.

По счастью, у сера Джованни были и музыканты. Когда нам всем надоело слушать дрожащий голос флейты, гость подал знак, и эту какофонию заглушили лютня, тамбурин и барабан. Разумеется, заслышав музыку, Катерина взяла Джованни за руку и повела танцевать. Их общая радость была настолько заразительна, что даже я и нянька Лючия танцевали со слугами Джованни, а Оттавиано с Цезарем устроили целое комическое представление, танцуя и переговариваясь друг с другом манерным фальцетом.

В крепость мы вернулись, когда солнце стояло уже над самым горизонтом и поднялся прохладный ветерок. Мы с Лючией вели мальчиков обратно по подъемному мосту.

Маленький Джованни Ливио, немного дрожащий в своей все еще сырой одежде, обернулся и довольно громко спросил:

— А мама с сером Джованни влюблены?

Обе упомянутые личности негромко засмеялись у нас за спиной, но никто не посмел присоединиться к ним.

Я погладила Ливио по голове улыбнулась и кивнула.

— Это хорошо, — сказал мальчик. — Кажется, он прекрасный человек.

Катерина сдавленно фыркнула, пытаясь сдержать смех.

Ужин был уже не таким веселым, даже тихим, поскольку утром сер Джованни уезжал домой. На этот раз мальчиков тоже пригласили в столовую к Катерине и ее гостю. К удивлению всех присутствующих, Джованни с Катериной снова открыто пожали друг другу руки над столом. Разговор шел о том, какие перемены произошли во Флоренции, и о военной службе, которая ждала там Оттавиано. По временам счастливая улыбка моей госпожи исчезала, и я замечала тоску в ее взгляде. Сер Джованни тоже это видел, каждый раз прикрывал рот рукой и негромко напоминал, что вернется как можно скорее.

Я сидела между Чезаре и его младшим братом. Когда внесли мясо, я заметила, что маленький Джованни Ливио почти ничего не ест, как-то обмяк на своем стуле и весь дрожит. Я пощупала ему лоб, который оказался тревожно горячим.

— Мадонна, он нездоров, — прошептала я Катерине. — Лучше я отведу его в постель и позову Лючию.

Катерина, нахмурившись, отодвинулась от стола, не поднимаясь со стула, раскинула руки и подозвала сына:

— Иди-ка сюда, милый, дай я на тебя посмотрю.

Ливио было так плохо, что он с трудом держался на ногах и щурился от света. Я наклонилась над ним, поддержала за плечи и помогла дойти до матери.

Катерина приложила руку ко лбу сына, побледнела и сказала:

— Он сильно болен. Отведи его к Лючии, пусть кто-нибудь позовет врача. Я приду к вам через час.