– Так, тебе слезть надо будет и канат под трубой пропустить, которая за гейзером, – сказал Чак, когда я вошел в кабину. – Я лебедкой нас подтяну, дальше шланг спущу, через него газ по трубе в баллон и…

– Это кто? – перебил я и схватился за револьвер в кобуре, который взял у карлика сразу после того, как попал с эстакады на борт «Каботажника».

Впереди была пологая воронка, окруженная валом камней. В центре ее бил гейзер, по сторонам в склон вкопаны изогнутые железные трубы. Прицепившись к ним с помощью тросов, низко над гейзером висел необычный аппарат. Сначала в полутьме я вообще не понял, что это, а после разобрал: у него две емкости! Под ними закреплена гондола, более узкая и длинная, чем у «Каботажника», с большой кабиной от какой-то древней машины.

– Да не дергайся ты, «Крафт» это.

– Какой еще «Крафт»?

– Такой еще «Крафт» – катамаран летающий, которым Ставробоец владеет. Мы с ним знакомы еще с тех пор, как он в боях участвовал. Я тогда ставки делал на него и с ним делился. Молодой был, азартный.

– Они тоже тут заправляются?

– Да уже и заправились. Отцепились вон как раз.

«Крафт» начал взлетать, и Чак продолжал:

– Эх, времени нету совсем. А то бы пришвартовались, поболтали со стариком. Интересно, заметили они нас? Хоть поздороваюсь…

Он пощелкал кнопкой возле рычагов, и свет фар за лобовым стеклом выхватил из полутьмы катамаран. На носу того вспыхнул и погас прожектор. Я хорошо видел четыре силуэта за окном рубки, один – здоровый, с широкими плечами, двух мужчин среднего роста и еще один, кажется, женский. Пока мы подлетали к Яме, «Крафт» развернулся и медленно уплыл прочь.

– Ну ладно, значит, заправляемся и летим к твоей машине, – решил Чак.

– Нет, – возразил я. – Мы летим не туда.

– Чего это? – удивился он. – А куда?

Я показал в сторону, куда двигался катамаран.

– К Херсон-Граду. Мне нужно к гетманам, Чак.

Глава 16

Небо над горизонтом из черного стало бледно-серым, потом темно-синим, звезды погасли. Инка спала на койке, Чак в рубке притих, и я прошел к нему. Карлик вцепился в руль, не дыша, глядел вперед, но не на осажденный город, а на далекий горизонт за ним. Блеклое, холодное свечение разливалось по небу – солнце вставало.

Я спросил:

– Что значит «Каботажник»?

Он вздрогнул, будто только сейчас осознал мое присутствие.

– Да некроз его знает. Это мне один ученый большак в древней книжке вычитал. Старое слово какое-то… Понравилось мне. Мутант меня побери! – Чак приложил руку козырьком ко лбу, привстав в кресле, подался к лобовому окну. – Ты видишь, какая красота, человече? Какая красота! Лететь туда… эх, к горизонту! Видеть, как солнце тает в облаках, и еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине…

Я удивленно посмотрел на него. Маленькое, некрасивое личико карлика будто светилось.

– Лететь, – повторил он. – К горизонту, а? Больше ничего мне не надо.

– Вот только на горизонте может ждать смерть, – возразил я.

– Это ты о чем?

– Орест считает, что до Погибели жизнь была безопаснее. По крайней мере, в наших местах. С одной стороны, у предков было мощное оружие и техника, с другой, они так устроили свою жизнь, что обычному человеку не часто что-то угрожало.