Клеть быстро ползла вниз по шахте, идущей от здания Управы в глубь висячей горы.

Мои пальцы все еще сжимали прутья. Я распрямил указательный и коснулся уползающей вверх шершавой стены. Она состояла уже не из бетона, а из камня.

– Значит, лифт, – негромко повторил я.

И оглянулся, ощутив настойчивый взгляд.

Интендант Ягор стоял возле утопленной в решетку панели с кнопками, сложив руки на груди. И очень внимательно наблюдал за мной.

Тональность гудения изменилась. Стена, по которой шли штанги-направляющие, никуда не делась, а вот три другие исчезли.

Лифт вполз в пещеру, и оба моих сердца громче застучали в груди.

Какие существуют слова, чтоб описать очень большие размеры? Огромное, колоссальное, гигантское, обширное, безграничное, беспредельное. Еще – здоровущее, вот такенное, нехилое…

Нет, конечно, у пещеры были пределы, то есть границы, но они, как мне показалось, находились ну очень далеко.

Под каменным сводом, из квадратной дыры в котором вынырнул лифт, гулко разносились голоса, шум моторов, лязг и звук шагов. В центре пещеры висел дирижабль; когда клеть опустилась ниже, стало видно, что гондола недостроена, а к полу от баллона, оплетенного сетью канатов, тянутся четыре толстых троса. На гладком каменном полу стояли длинные железные стеллажи и больше десятка авиеток, выкрашенных синей краской. Между авиетками и колоссальным отверстием в форме арки, за которым мерцали звезды, было пусто – эта часть пещеры предназначалась для взлета и посадки. Пол в пещере казался на удивление ровным, будто над ним долго работали, стесывая неровности.

Все это озаряли несколько стоящих под стенами прожекторов. Возле одного была открытая кузница – в горне пылал огонь, двое дюжих мужиков крутили ворот, и механический пресс раз за разом опускался, ударяя по раскаленному листу железа на массивной наковальне, который за край держал длинными щипцами кузнец в фартуке.

В левой части пещеры из стены невысоко над полом торчал выступ с деревянной оградой, от которого вниз шел дощатый настил. По сторонам были проходы, ведущие куда-то в глубь горы.

Разин, повернувшись к Ягору, сказал:

– Интересно увидеть наконец ваш Улей. За счет чего гора держится в воздухе, интендант?

– Аномалия, – коротко бросил тот.

– Гравитационная, слышал. Оставьте эту бессмыслицу для рядовых пилотов. Что удерживает Улей? И этот ваш дисколет, если на то пошло? Ясно же, что принцип один.

– Аэрол, – произнес Ягор.

– Аэрол? Что это такое?

Клеть дрогнула, когда колеса прокатились по стыкам штанг. Прижавшись лицом к прутьям, я разглядел, что внизу нас поджидают еще четверо вооруженных людей в синей форме интендантской службы.

– На выход! – гаркнул Аксен. – Руки за спину, резких движений не делать!

Клеть остановилась, гудение смолкло. Аксен распахнул перед Ягором дверь, тот вышел наружу и остановился, поджидая нас. Разин первым зашагал вперед. По его невозмутимому лицу невозможно было понять, о чем он думает.

– Стоять!

Мы остановились снаружи. Один «синий» попятился, оказавшись в клетке, захлопнул дверь и нажал кнопку на пульте. Снова загудело – и клеть поползла вверх, к находящемуся на головокружительной высоте своду. Окинув взглядом пещеру, я ощутил себя очень маленьким. И очень слабым. Бессильным перед Гильдией небоходов, ее мощью, ее техникой и армией.

– Разин, у нас с вами будет долгий и серьезный разговор, – произнес Ягор. – О том, откуда вы взялись, каким образом вы стали главой клана, куда делась Юна Гало.

– Она умерла, – отрезал Егор Разин. – Отравлена.

– И об этом тоже.