|
Третий – высокий и тощий, с узким, каким-то сухим лицом, орлиным носом и холодными светлыми глазами. На рукаве его синего кителя были три серебристые полоски. Он крутил в руках незажженную трубку, при виде которой мне мучительно захотелось курить.
На другом конце стола одиноко сидел Егор Разин. Под стеной вытянулась в струну Эви – плечи расправлены, руки по швам. А за спиной Разина была неприметная дверь с глазком, и когда я переступил через порог, он потемнел – кто-то приник к нему с другой стороны.
Слева вместо стены было большое окно, сквозь него открывалась панорама вечернего города.
Четверо мужчин уставились на меня, а Эви почему-то потупила взгляд.
Я подошел к столу. За глазком в двери снова мелькнула тень. Кажется, никто, кроме меня, не заметил этого.
– Твое имя? – сухо произнес тощий с серебристыми полосками на рукаве.
Тон его мне совсем не понравился. Я взял приставленный к столу стул, крутанул на одной ножке и, усевшись верхом, спросил:
– А твое?
Тощий крепче сжал трубку и постучал ею о ладонь. Нарядно одетый мужчина беспокойно зашевелился, покосившись на Разина, а третий, с седыми бакенбардами, усмехнулся.
– Не дерзи им, доставщик, – спокойно сказал Разин. – Перед тобой совет Гильдии, а вопрос тебе задал техник-интендант Ягор. Это – Владис, управитель Улья, а это – командор Брага, командующий воздушным флотом.
Я пожал плечами и ответил Ягору:
– Меня зовут Альб, и я доставщик. Хотя теперь уже нет.
– Почему же? – улыбаясь, спросил командор Брага и указательными пальцами пригладил свои бакенбарды.
– Машина утонула, когда мы ехали к авиетке, – пояснил я.
– Не мог бы ты снять куртку?
– Зачем? – удивился я.
Он подался вперед, не прекращая добродушно улыбаться.
– Скажем, просто затем, что я тебя попросил.
Я скинул куртку, бросил на стол рядом с изящным графином и подносом со стаканами.
– А теперь встань со стула.
Отставив стул, я поднялся.
– И будь добр, закатай левый рукав.
Услышав это, я посмотрел на Эви – и сообразил наконец, почему у нее смущенный вид, понял, почему она так ни разу не взглянула на меня с того момента, как я вошел сюда.
– Ну ты и гнида, – сказал я. Цыганка вспыхнула, но промолчала, лишь закусила губу.
А Брага кивнул кому-то за моей спиной:
– Давай, капитан.
Раздались быстрые шаги. Я и дернуться не успел, как в правое ухо ткнулся холодный ствол пистолета. Сильная рука обхватила за шею, голос сзади произнес:
– Двинешься – получишь пулю в башку.
Я замер. Покосился на Разина – тот напряженно наблюдал за происходящим. Похоже, он не совсем понимал, что происходит.
Эви шагнула ко мне, словно хотела помочь, но Ягор метнул в нее холодный взгляд, и она отшатнулась обратно к стене.
Управитель Владис снова заерзал, выбил пальцами дробь по столешнице, схватив кувшин, сделал несколько глотков из горлышка.
– Так я повторю свою пока еще просьбу, – продолжал командор Брага. – Покажи нам левую руку.
Чувствуя холод ствола, прижатого к ушной раковине, я медленно закатал рукав.
– Теперь подними ее, – приказал капитан сзади. – И потом не шевелись.
Когда я сделал это, захват на шее ослаб, но ствол никуда не делся. Капитан ощупал руку от локтя до запястья, похлопал по ней и присвистнул.
– Что там? – спросил Ягор, постукивая трубкой о ладонь.
– На руке утолщение, вроде труба на нее надета. А здесь… – Он снова ощупал мое запястье. |