На следующий день Малхирн позвонил Боски и сказал, что он купил билеты и что Боски может их забрать. «Это прекрасно, – сказал Боски. – Но мои дети очень хотят познакомиться со Спрингстином. Ты мог бы привезти Спрингстина к нам в Маунт-Киско на своем вертолете, и мы бы все вместе поужинали. Ты, я, дети и Спрингстин. А потом отвезешь его обратно. В тот же вечер».

Малхирн был шокирован. «Ради всего святого, Айвен, – сказал он. – Он же не дрессированный шимпанзе».

Было холодное утро пятницы начала января 1985 года. Собравшись в конференц-зале на ежедневное утреннее совещание, многие из сотрудников Боски предвкушали спокойный уик-энд после недельной серии новогодних вечеринок. Заседания обычно начинались в 9 часов и продолжались до 9.45, на них Боски отдавал распоряжения по торговле и исследованиям на день. Трейдеры обычно уходили незадолго до 9.30, чтобы подготовиться к открытию рынка.

В тот день Боски появился ровно в 9 часов, поздоровался с персоналом коротким кивком и сел во главе овального стола, рядом с телефоном. Он начал давать указания. Потом, примерно через 20 минут в дверях позади Боски появилась встревоженная Иэнта Питере, его секретарша. Она знала, что Боски не выносит, когда его прерывают. Обычно такие вторжения приводили его в ярость. «Звонит Майк», – сказала она. Боски прервал поток директив. «Я возьму трубку», – немедленно ответил он.

Боски приложил палец к губам и оглядел стол, требуя тишины. Затем он поднял трубку. Любезностей не было. Боски говорил мало, большей частью соглашаясь с Милкеном. Когда он положил трубку, его глаза блестели от волнения.

«Полный вперед!» воскликнул Боски, и все поняли, что надежды на спокойный день рухнули. Боски велел Лессману провести исследование по Diamond Shamrock и Occidental. Он поручил Давидоффу и трейдерам немедленно начать покупать как можно больше акций Diamond Shamrock и одновременно играть на понижение акций Occidental Petroleum. Давидофф погрузился в работу и в результате скупил огромное количество акций Diamond Shamrock на 3,5 млн. С Occidental возникло больше проблем: удалось открыть короткую позицию лишь на 19 000 акций.

Лессман не понимал, что происходит. Что Милкен сказал Боски? Ни те, ни другие акции в их каталогах исследовательских и торговых приоритетов до сих пор не фигурировали. Что-то, думал он, здесь не то. Прежде чем он достиг в своем исследовании сколько-нибудь весомых результатов, торговля ценными бумагами обеих компаний была по их просьбе приостановлена. Затем компании сделали совместное заявление о том, что они обсуждают «возможную бизнес-комбинацию», и торги возобновились. Рынок на это почти не отреагировал: объявление было чересчур туманным. В случае поглощения акции приобретаемой компании резко подскакивают в цене, в то время как цена акций компании, делающей предложение, снижается, но из пресс-релиза было неясно, намерена ли Occidental приобрести Diamond Shamrock или наоборот. Иногда словосочетание «бизнес-комбинация» означало обмен акциями, и в таком случае цены акций зависели от коэффициента обмена акций компаний. Это не остановило Боски, который демонстрировал удивительную уверенность в правильности выбранной им стратегии.

Днем ранее Рей Айрени, президент Occidental и клиент Милкена, прервал деловой ужин, на котором обсуждалось слияние Diamond Shamrock и Occidental. Он позвонил Питеру Аккерману, одному из основных помощников Милкена. Над сделкой работали другие инвестиционные банкиры, но Occidental наняла Drexel, чтобы та изучила сделку и выразила «мнение о справедливости», заверив тем самым совет директоров Occidental в том, что сделка является справедливой по отношению к акционерам.

Айрени вкратце посвятил Drexel в условия предполагаемой сделки, и на следующее утро команда Drexel прибыла в лос-анджелесский офис Occidental для выработки заключения.