|
И когда после этого он втискивает вам между ног свой член, выдранный из окружающих его брюк, лопатой руки откидывая мешающее ему бедро в сторону, и прёт вас в кусты, лучше всего сразу, пока вы ещё не допёрли, в чём дело, долбанув вас по затылку, чтобы вы поневоле опустили голову и заткнули хайло, поскольку вы пока не очень хорошо знаете немецкий, наш государственный язык, жандарм же мысленно уже далеко отсюда, он с теми, кто твёрдо стоит на ногах, как здание, а не валяется, как вы, и после этого считайте, что вы с ним познакомились и можете запросто говорить ему «ты» и «Курт» — кстати, где он? И где мы? Может, знакомство ещё не состоялось и ждёт вас впереди. Тогда вам не повезло. Тогда вам лучше сразу пройти с ним в камеру, не выбирая, чего бы я на вашем месте не делала.
4
Дикая, неукротимая вода, ты падаешь с высоко поднятой головкой, хоть тебя уже и обуздали! Здесь, где ты сейчас бурлишь, тебя ещё ни разу не хлорировали для жильцов, которые становятся в городе под душ и ещё хотят тебя пить (хотя предпочитают что-нибудь покрепче). Со склонов Высоких Альп, где мы как раз находимся, ты срываешься вниз, чтобы уйти от нас и сделать что-нибудь более полезное, а может, предпринять что-то весёлое, сперва одно, потом другое, делу время, потехе час, прохладная и чистая, с доставкой на дом. Нижнеавстрийские-штирийские известняковые Альпы по мне так пусть пропадают без тебя, что им с тобой делать, или нет, это не совсем так, это было, хоть и не здесь, но совсем неподалёку: целое озеро вместе с соседними деревьями исчезло в известняковых горах! Раз — и нету, как корова языком слизала, будто ему было мало себя самого, озеру, будто оно захотело принадлежать кому-то другому, горе, большое озеро, да, оно совершило шаг вперёд, хоть и в обратную сторону, внутрь, прочь от глазеющих зевак. И зевающие вокруг деревья оно тоже прихватило с собой, чтобы не лишиться ничего привычного в своей подземной горной темнице. А зрителей бросило здесь. Ах, милая вода, тебя сгонят с крутых лесных дорог, со склонов и лугов, вначале ты восхитительна — прозрачная, сверкающая, — потом ты станешь грязью, станешь отстоем, а мы, как и ты, впадём в бездонные известняковые дыры, но только в маленькие. Карстовых полостей, способных заглотить целое озеро, здесь нет. Для этого вам нужно дальше на юг. Вода: ты грядёшь, да, и тоже с доставкой на дом, со всеми потрохами в местные дома, чтобы посмотреть, что ты потеряла, решив остаться дикой. Но тут они перечеркнули твои решения и расчёты (и ещё один минерал у вас, так? Да. Я его заказывала, но так и не получила), уловив тебя и послав по трубам, без всякого послания, кроме самой чистоты, ради которой тебя поймали и удерживают в неволе. Какое счастье было поначалу застигнуть тебя среди Альп, ведь ты всегда утекаешь. Но скоро ты стала простым фактом, который можно использовать, хотя всё ещё нельзя постичь; итак, ты была схвачена на лету, чтобы в тебя, хоть и очень разбавленную, как все истины, всё же можно было верить.
Здесь, у подножия снежных Альп — а скоро он взберётся на гору ещё выше, по спирали, — мужчина в ярком спортивном костюме; он бежит так, будто скользит невесомо, как тень на камнях, в стороне от постороннего взгляда. Если вы меня спросите: такого не так-то легко обогнать, и после семи километров он всё ещё лёгок на подъёме. Это опять же типично: обеспокоенный, который еле удерживает под кожей свою задушенную тайную тревогу, зато его одежда сидит на нём как влитая, как вторая кожа. Мне нравится его энергичная воля. Но разве он не один из тех, кто вечно хочет зла и вечно совершает благо? Дух отрицания, который вечно говорит «нет», за исключением тех случаев, когда он говорит «да». Прелестно. Его постоянное недовольство мне тоже нравится. Так я составляю его по частям и могу судить о результате. Каждому своё. Что удовлетворило бы его, опять же нравится мне меньше. |
