|
Горько вздохнул, не видя возможности спасти кошко-лошадок от неминуемой гибели. Одно из двух — или засевшие у входа в пещеру сфинксы раскопают достаточной ширины лаз и сожрут несчастных созданий, или выветрится магия, удерживающая их в подобном (то есть с лошадиными спинами, кошачьими ногами и чрезмерной покладистостью) состоянии. После чего, Фриолар решил, что выждал достаточно долго, чтобы рухнувшая в тоннель Далия была обнаружена Напой и оттащена в сторону, заложил кнут за пояс и отправился следом за своими спутницами. Как и подобает уважающему себя алхимику — почти беззвучно. Напа встретила приземление Фри-Фри неласково. — Я ж просила сбросить мне кирку. А не всё и Далию в придачу. — На нас напали сфинксы, Напа, — объяснил Фриолар. Тоннель, оказывается, делал внизу небольшой поворот, так что молодого человека вынесло в какой-то каменный рукав и слегка приложило к стенке. И Далии, которую, в свою очередь, приложило к груде сумок. — Надо было спешно отступать. — Гномы никогда не отступают! — возразила отважная воительница. — Правда, иногда мы атакуем по извилистой траектории… Хватит лежать, Далия! Пошли, я покажу тебе местные достопримечательности! Никогда бы не подумала, что у человеков достанет ума стоить подземелья, нарушая все мыслимые и немыслимые нормы безопасности, но в который раз вынуждена признать: то, на что у гномов не хватает воображения вы-таки делаете… И как здешние шахты не рухнули еще тысячу лет назад? — участливо покачала головой Напа. Выбрала из груды припасов кирку, закинула ее за плечо и ускакала дальше по узкому каменному тоннелю. — Может быть, сказать ей, что здешние катакомбы и есть Золотой Город? Пусть накопается! А потом выроет лесенку на поверхность, и мы с сознанием выполненного долга перед Алхимией и Истиной отправимся домой. А, Далия, как считаешь? Мэтресса с легким постаныванием поднялась, выпрямилась, едва не протаранив макушкой низкий свод, и поплелась за гномкой: — Не надейся, Фри-Фри! Мы пошли искать сокровище Тиглатпалассара, и мы найдем его, во что бы то ни стало. Неужели тебе самому не интересно посмотреть на древний клад? — Мне гораздо интереснее посмотреть, как мы отсюда выберемся, — вздохнул молодой человек. Наскоро рассортировал сумки, на ощупь определив, где съестные припасы, а где — взятые в дорогу вещи; накинул на плечо свернутую веревку, вручил Далии арбалет и лопату и пошел следом за мелькающим вдали осветительным кристалликом Напы. 19-й день месяца Барса. Под Великой Пустыней Дорогая Фиона! Давно не чувствовала себя такой бодрой и полной сил. Начиная с полуночи идем под остатками плато Кватай, причем Далия и Фри-Фри не верят, что мы передвигаемся строго на северо-запад. Фриолар сомневается в моих способностях ориентироваться под землей молча, а Далия, как всегда, меня поучает, строит гипотезы до полусотни штук в час, время от времени их доказывает, гораздо чаще опровергает — одним словом, ни о какой экономии воздуха и речи быть не может. Пока утром они отдыхали, я успела расчистить полузасыпанные боковые коридоры, действительно отыскать спуск в бывший серебряный рудник, совершенно выработанный, и обнаружить старые жилые шахты. Если мои оценки верны — а не быть верными им нет резона, — когда-то здесь располагалась гномья строительная артель. Было очень трогательно отыскать остатки гончарных кругов, сломанные формы для кирпичей, рваные сапоги, черепки битой посуды и прочий мусор. Судя по всему, гномы здесь жили недолго, а работали не очень качественно. Гогенбрутты, как пить дать. Потом я нашла второй подземный коридор, проходящий чуть выше нашего прежнего пути и более точно ориентированного на северо-запад. Пришлось немного помахать киркой (жаль, что кайло потерялось где-то по дороге), ибо древние обитатели не удосужились связать все подземные ходы в единое целое, но я даже обрадовалась возможности размяться. |
